Потом мне нужно произнести речь на Общенациональной конференции металлургов. Вас устроит венчание, назначенное на субботу, двадцать второго июля? К этому времени адвокаты успеют подготовить все необходимые документы.

– Это… – Коринн запнулась, – это мне подходит.

– Замечательно.

Дэн сделал короткую запись в ежедневнике, как будто мог забыть день собственной свадьбы. Затем он невозмутимо отложил в сторону толстый блокнот.

– Полагаю, следующий шаг – это условия, которые мы хотим включить в брачный контракт.

Приняв такой же деловой вид, какой был у него, Коринн заговорила:

– Подумав, я пришла к выводу, что нам необходимо обговорить два основных пункта – что вы не начнете бракоразводный процесс, пока я не рожу ребенка, и что при разводе я не буду требовать возвращения пакета акций как части совместно нажитого имущества.

Дэн согласно кивнул.

– Не считая обилия сложных юридических терминов, у Фрэнка не будет трудностей в оформлении документа, который защитит меня от вашего посягательства на акции, когда они перейдут ко мне.

– Я уже говорила раньше, что абсолютно доверяю Фрэнку и подпишу все, что он сочтет справедливым и разумным.

Коринн была возбуждена обсуждаемой темой, но Дэн вел себя так, будто происходящее не задевало его. Он развалился на стуле, закинув ногу на ногу."

"– Раз мои услуги в качестве сексуального партнера стоят три миллиона долларов, думаю, вы имеете право знать, что покупаете. У меня нет причин для беспокойства по поводу моего бесплодия, но я проконсультируюсь по этому вопросу с врачом и предъявлю вам медицинское заключение о моем здоровье. – Его взгляд вдруг смягчился. – А как со здоровьем у вас? Вы способны забеременеть?

Только теперь Коринн поняла, какую игру затеяла. Казалось, она видит кошмарный сон. В действительности в ее браке с Дэном не было и следа романтики, грезившейся ей в мечтах.

То заливаясь пурпурной краской, то покрываясь смертельной бледностью, она пролепетала:

– Со… со мной все в порядке. По мнению моего гинеколога, я абсолютно здорова и могу зачать и выносить здорового ребенка.

– Тогда нам следует внести в контракт условие, что наш брак будет расторгнут по истечении двух лет или сразу же после рождения ребенка, в зависимости от того, какое событие наступит раньше. Иначе, если вы вдруг не сможете забеременеть, мы окажемся связанными на всю жизнь.

– Два года – вполне достаточный срок.

Коринн пришла в голову ужасная мысль – неужели им придется вот так же обсуждать подробности брачного договора в присутствии Фрэнка Голдберга? Она не вынесет подобного унижения!

В смятении Коринн принялась обмахивать пылающее лицо сложенным листом бумаги.

– Не кажется ли вам, что лучше составить два отдельных контракта? – несмело предложила она.