— Что не терпится приступить к отработке долга, Диана? Прямо щас мне дашь, а? — спрашивает зло.

Внезапно резко сгребает мои волосы на затылке в кулак, заставляя ахнуть и простонать удивлённо.

— Грубиян!

— Думаешь, буду с тобой нежным? После всего… После того, как ты мне в душу плюнула?

Голос тихий, но звенящий от эмоций.

Чувствую злую радость. Ему не плевать! Может быть, он меня после всего тоже возненавидел. Как и я его.

Это значит, что мы хотя в чём-то на равных.

Во всём остальном я проигрываю ему. В особенности, в желании быть ближе.

— Я тебе в душу плюнула лишь после того, как ты сделал выбор, — отзываюсь с сильными чувствами, от которых тело трясёт дрожью, а нервы заплетаются в тугой узел.

Его пальцы оживают в моих волосах, усиливая захват.

— Будем говорить о прошлом. Ди? Бесполезное занятие!

— Верно. Ты хотел семь ночей? Ну, приступай. Разделаемся с этим поскорее и разбежимся!

— Дурная, избалованная и такая же… взбалмошная!

Темирхан с размаху опускает ладонь на мой обнажённый зад, шлёпнув его. От громкого шлепка в ушах надолго остаётся звон, а кожа горит.

Через мгновение губы Темирхана обрушиваются на мой рот. Его губы накрывают мои жёстко и страстно. Он перестаёт сдерживать себя, и мне тоже не хочется держать внутри то, что рвётся наружу.

— Ди, дурочка ты! — стонет, жадно целуя.

Руки Темирхана гуляют по спине, жадно мнут задницу, щиплют за бёдра, разводя их ещё сильнее, делая меня ещё более открытой и доступной.

Между ног требовательным горячим наливается желание.

До ужаса сильно хочется, чтобы он взял меня сейчас, немедленно! Не откладывая на потом.

Может быть, после этого, немного отпустит и перестанет жечь так сильно изнутри?!

Царапаю ногтями горячую шею Темирхана, мечтая пробраться под рубашку, чтобы прижаться к нему всем телом.

От очередного глубокого толчка его языка мои губы издают жалобный, приглушённый стон.

Темирхан довольно усмехается и начинает целовать меня ещё активнее. Проталкивается коленом и дёргает за бёдра на себя, почти насаживая на толстый член.

Если бы не одежда, он бы уже вонзился в меня.

От этой мысли по телу проносится неконтролируемая судорога, жаркая и острая, быстро набирающая обороты, по мере того, как Темирхан пошло двигает бёдрами, задевая грубой тканью складки и напряжённый клитор.

Его губы спускаются по моей щеке, жадно терзая нежную кожу шеи.

— Хан… — выдаю с протяжным стоном и выгибаюсь к нему, запуская пальцы в его волосы."

"Сейчас он снова коротко постригся, даже зацепиться не за что, остаётся только гладить колкий ёжик волос, царапая кожу головы ногтями.