А я, глядя на уютный чердак и довольного Конора, уже строю планы: собрать трав, напечь пирогов…

Отпразднуем наше новоселье.

25

Просыпаюсь рано утром от аппетитного запаха жареного хлеба и травяного чая. Конор ещё крепко спит, свернувшись калачиком и прижав к груди край одеяла. Нужно будет заказать для него отдельную деревянную кроватку у местных мастеров. Невысокую, с резным бортиком. Она отлично впишется в интерьер чердака.

Тихо поднимаюсь, стараясь не разбудить малыша. Надеваю шерстяные тапочки, которые любезно предоставила Эмма. Они мягкие и удивительно тёплые. Накидываю домашний халат и осторожно спускаюсь по скрипучей лестнице.

— Мария, ты уже проснулась? — оборачивается Эмма, помешивая что-то в чугунке.

— Доброе утро, — потягиваюсь, вдыхая аромат свежеиспечённого хлеба, — Может, вам помочь?

— В том шкафу лежат тарелки, — кивает она деревянной ложкой в сторону массивного дубового шкафа. — Подай их мне, будь добра.

С радостью выполняю поручение, заодно внимательно изучаю кухонный шкаф. Нужно запомнить, где что лежит, пока Эмма не переехала к сыну.

— Как вкусно пахнет! — звонкий голосок сверху заставляет меня вздрогнуть.

Конор, мой маленький непоседа, уже проснулся и сейчас карабкается по крутой лестнице. Его лицо сосредоточено, а бровки серьёзно нахмурены, когда он пытается дотянуться до следующей ступеньки.

— Подожди, малыш, мамочка тебе поможет! — бросаюсь к нему, сердце замирает при виде его неуверенных шажков.

Он кажется таким беззащитным на этих высоких ступенях.

— Не надо, я сам! — упрямо заявляет он, надувая щёки.

Его пальчики крепко сжимают деревянные балясины. Ох уж этот мой маленький мужчина!

— Пусть учится самостоятельности, — улыбается Эмма."

"Вскоре в кухню врывается и Оливер, ещё сонный, с растрёпанными соломенными волосами. На этот раз мальчишки усаживаются рядом, изредка переглядываясь и украдкой улыбаясь друг другу.

После завтрака Эмма тщательно вытирает стол грубым полотенцем и отправляет детей играть во двор.

— Теперь поговорим о деле, — говорит она, усаживаясь напротив.

Нам действительно есть о чём поговорить, ведь я ещё не оплатила аренду. Вчера на радостях даже забыла уточнить стоимость.

Конору так понравилась комната на чердаке, что я решила снять этот дом любой ценой. А теперь вот задумалась. Вдруг не потяну?

— Двадцать серебряных в месяц, — объявляет Эмма, складывая руки на столе, — За скотным двором я присмтрю. Что будет нужно, говори.

Признаться, я рассчитывала на большую сумму. В прошлой деревне за такой дом просили в полтора раза больше.

— Согласна, — киваю я. Затем достаю кошелёк и расплачиваюсь с ней за первый месяц.

Эмма пишет расписку, аккуратно выводя буквы гусиным пером. Этого добра в деревне хватает.

Через час приходит Генри.