Условия показались мне вполне приемлемыми, а жалование так и вовсе огромным — тридцать золотых монет в месяц. В деревне столько и за год не заработать.

Если я проведу здесь следующие три года, то заработаю тысячу восемьдесят золотых. Этих денег мне одной хватит надолго. Беру перо из чернильницы и после недолгих раздумий ставлю в контракте свою подпись.

Стоило мне вернуть перо обратно в чернильницу, как дверь в кабинет открылась и вошла Катрина.

— Мия? — удивляется она, — Как ты здесь оказалась?

— Здравствуй, Катрина, — улыбаюсь я, — Как же я рада тебя видеть!

14

— Поговорить можно и потом, — строго произносит Джек, — Катрина, покажи новенькой лазарет.

— Да, наставник, — Катрина берет меня за руку, — Пойдем, Мия. Сначала переоденем тебя."

"Мы отправляемся в кладовую. Катрина подбирает мне серое платье простого кроя. Длинной оно почти достигает пола. Поверх платья надевается белый халат — знак принадлежности к лекарям.

Катрина и все остальные женщины в лазарете носят такие же платья. Мою одежду отнесли в кабинет Джека. Он пообещал, что ее вместе с чемоданом доставят ко мне в комнату.

Как я поняла со слов подруги, целителей в лазарете нет. Все они помогают раненным на поле боя. Однако силы целителей не бесконечны. Тех, кому не смогли помочь, привозят сюда.

— Здесь у нас приемная. А в левом крыле, — Катрина указывает рукой, — Лежат тяжело раненные. Правое крыло занимают кабинеты и столовая.

— А там что? — спрашиваю я, увидев лестницу наверх.

— На втором этаже лежат те, кто могут ходить, а на третьем — комнаты для элитных войск они почти всегда пустуют, потому что элиту редко привозят сюда. Только если целители не смогли им помочь на поле боя.

Ну да, как всегда — усмехаюсь про себя. Тех, кто посильнее и побогаче почти не привозят, зато для них выделен целый этаж.

— Лаборатория находится в подвале, — продолжает Катрина.

— Можно взглянуть? — с искренним любопытством спрашиваю я.

Меня, как аптекаря в прошлом, интересуют снадобья этого мира. Возможно, я с помощью своих знаний и опыта смогу помочь лекарям.

К сожалению, спуститься в лабораторию мы не успеваем.

— Быстрее, раненых привезли! — позади нас внезапно раздается голос Джека, — Катрина, за работу. А ты, новенькая, смотри внимательно и запоминай!

— В другой раз покажу, — шепчет Катрина в ответ на мой вопрос про лабораторию.

Мы отправляемся в приемную, где мне едва не становится плохо.

Зрелище оказалось далеко не для слабонервных. Не сказать, что я страшилась открытых ран или крови, но такого количества видеть еще не приходилось.

Практически у всех людей на теле зияли рваные раны, словно их нанесли когтями или острыми зубами. У кого-то и вовсе отсутствовали конечности.