С ромашками!

Эм, я точно по адресу попал? Может, это Акула чего напутала?

Я прошёл дальше, стараясь не сталкиваться со слугами-скелетами, которые затеяли перестановку. Трое костлявых переносили платяной шкаф, и у одного по пути отвалилась рука. На этот вся процессия застыла.

Я подошёл и поднял руку, аккуратно приделал к скелету. Она приросла сразу, стоило костям коснуться друг друга. Скелет благодарно мне кивнул, и процессия двинулась дальше.

Хотел у них спросить, где найти хозяйку, но передумал. Сложно говорить без языка и связок… Хотя, но видеть же они как-то умудряются.

Пока шёл дальше, минуя красивые залы с явно девичьей обстановкой, в голове никак не укладывалось происходящее. Может, это Смерть так надо мной шутит?

Я поднялся на второй этаж и там услышал мелодичное пение на незнакомом языке. Туда и направился.

Аккуратно заглянул в арку и увидел нечто, похожее на алтарь. Это место было единственным во всём замке, где находился огромный бассейн крови. Над ним и пела дева с необычайно белой кожей.

Она не была человеком, о чём говорили рога и длиннющие когти. Но было в богине что-то чарующее, что не позволяло отвести от неё взгляд.

Я тихонько зашёл в большое тёмное помещение, что освещалось лишь отблесками озера крови. Приблизился к нему.

Стоп. Это совсем не кровь.

Я наклонился и всмотрелся в глубину.

Не может быть!

Там плавали миллионы душ. Они были крошечными огоньками света, в которых угадывались силуэты не только людей.

Пение прекратилось. А после него на душе осталось лишь спокойствие.

Смерть обернулась и увидела меня, ухмыльнулась. А я улыбнулся в ответ.

— У тебя очень красивый замок, — сказал я вместо приветствия.

— Знаю. Но как ты сюда вошёл? Как миновал мою защиту?

— А там была защита? А я и не заметил, — пожал плечами.

Смерть хмыкнула и приблизилась ко мне. Осмотрела с головы до ног своими налитыми кровью глазами.

— Давно у меня не было гостей, — сказала она таким ледяным тоном, что у меня по коже пробежали мурашки.

В груди закралось странное чувство. Я часто испытывал его в прошлой жизни, когда война некромантов не раз подводила меня на грань между жизнью и смертью. Это были лёгкие отголоски страха.

Но это тело не умело бояться, поэтому чувство так и осталось в зачатке.

— Кажется, я понял, почему никто не хочет приходить к тебе в гости, — произнёс я.

— И почему же? — с интересом спросила она.

Словно не знала причины.

— Всё просто. Конца жизни боятся все, даже боги. И этот страх ты вызываешь у любого, кто только взглянет на тебя.

— Но ты не боишься.

— Нет.

— А если я убью тебя? Сброшу прямиком в озеро душ? Оно поглотит любого, даже будь ты божеством, — зловещим тоном прошептала она.