— Ничего без меня не можете, — иронично посетовал я, создавая из капель водяные игры."

"Мгновение. И они устремились в монстра, чья огромная туша перекрывала проход. Иглы вонзились в змееподобное тело. Раздался рёв. А потом тихие хрипы.

— Всё, — сказал я.

А затем подошёл к клетке, где сидела Татьяна, и попросил девушку отойти подальше.

Она отползла. У бедняжки совсем не было сил.

А я наложил на пять прутьев заклятье испепеления и открыл проход. Затем то же самое проделал с клеткой Совина.

— А теперь уходим в наше поместье, — огласил я.

— Стой, — осенило княжича. — Откуда ты взял магию? Артефакты же опустошили тебя.

Евгений поднял графиню на руки, но ей хватило сил удивлённо посмотреть на меня.

— В изнанке, — ответил я. — Напитал источник маной из местного фона и зарядил амулет.

— Вот почему из твоих уст всё нереальное звучит так просто?

— Потому что это было ни черта не просто, — уже серьёзным тоном ответил я и положил руку на плечо княжича. А второй коснулся своего портального камня, надеясь, что энергии в нём хватит на ещё одно перемещение.

Хватило.

— Фух, — выдохнул я, увидев главные ворота поместья Акулиных.

Я зашёл внутрь, чтобы позвать целителей. Но в крыле Белладонновых никого не нашёл. Да и ни одного слуги по пути не встретил.

Дом словно вымер. На столе в обеденном зале стояли чашки с недопитым кофе. Ещё горячим.

Выругавшись про себя, я вернулся к Совину, который на этот раз сообразил, что раз меня долго нет, то можно и инициативу проявить. Он отнёс графиню в комнату и положил на кровать.

— Я останусь с ней, — попросил он.

— Оставайся. Только слуги куда-то пропали. Так что всё сам.

— Это не проблема. Могу воскресить кого-нибудь. Тут в саду четыре трупа зарыто.

— Не надо, — остановил я. — Белладонновы на них яды выращивают. Так что если что-то хочешь, всё своими ручками. Дом в твоём распоряжении. Ну, в адекватных пределах.

— Понятно. Тогда принесу воды.

Пока княжич ходил, я достал свой мобилет и обнаружил, что артефакт умер смертью храбрых. Сперва из него энергию выкачали, а потом в довесок поджарили в пустыне и утопили.

Но, благо, что мобилет Татьяны мирно покоился на прикроватной тумбочке. Я нашёл в списке контактов номер отца и позвонил.

Гудки доносились из трубки долгую минуту. Но он всё же ответил:

— Слушаю.

— Отец, это Сергей!

— Ты живой? — с облегчением спросил он.

— Да. И Татьяна дома. А куда все подевались?

— У меня внезапно разбился стакан с водой. Она растеклась по столу в надпись: «Бегите». Я решил, что это послание от тотема и не стал медлить.

— Эм, да. Но она не совсем точно выразилась. Огурцовы хотят отомстить нам за истребление Ершовых. А вот как, мы с ней пока не знаем.

Отец шумно выдохнул в трубку.