— Почему я? — вопрос был не праздный, так как конфедерация располагает достаточным количеством профессионалов по освоению новых планет, в том числе и проблемных.

— Ты знаешь, почему! Мало обладать нужными знаниями, умениями и опытом для подобной работы. Необходимо еще чутьё, интуиция, чуйка, шестое чувство… Как это ни назови, смысл один, а у тебя это все есть.

— Что я за это получу?

Командор улыбнулся.

— Ну, вот теперь я узнаю Ставроса! Четкий вопрос, ответ на который объяснит сразу всё. Цена твоей помощи — твоя свобода!

— Я и так не должен здесь сидеть! — вызверился я, наплевав на необходимость сдерживаться. Но командор лишь пожал плечами, не посчитав нужным мне что-то ответить. На несколько минут в кабинете повисла тишина, дав мне время остыть и осознать, что еще пятнадцать лет в железной коробке превратят меня в безумную старую рухлядь, не годную ни на что и не нужную никому. Поэтому, засунув свою гордость туда, куда обычно посылают, прорычал:

— Подробности.

— Я знал, что ты разумный человек! — удовлетворенно кивнул Тилбот. — Две недели назад перестал выходить на связь исследовательский шаттл, находившийся на значительном удалении от планеты, и с помощью дронов и зондов осуществляющий съемку и забор биоматериала с поверхности «Хищной» для исследований. Посадка на саму планету не предусматривалась и не согласовывалась. Тем не менее, с помощью следящего маячка удалось отследить посадку шаттла, после чего маячок перестал работать. Команда и сам профессор на связь не выходили.

— Шаттл мог разбиться? — мой мозг уже автоматически включился в работу, пытаясь максимально проанализировать ситуацию и найти рациональное объяснение происходящему.

— Теоретически мог, но не в этом случае. Уточню, маячок перестал посылать сигнал примерно через час после посадки шаттла на поверхность планеты. Мы успели отметить это место, так что высадка будет именно там!

— Кто летит?

— Команда из шести человек, и ты почти всех знаешь, это: я, ты, Трой, Клаус, Шейн и Лерой Доуни.

— Кто такой этот Лерой?

На обычно невозмутимом лице командора мелькнула растерянность, и даже некоторое смущение.

— Не «такой», а «такая», Лерой — женщина.

— Что!? — показалось, что по голове мне зарядили чем-то мягким, но очень тяжелым, а моя челюсть загрохотала по металлическому полу, словно дверь шлюза челнока. — Какого…? Это что, шутка? Или я что-то не так понял про планету?

— Ты понял всё верно. Но имеются некоторые обстоятельства, — и, посмотрев мне за спину, позвал: «Лерой, идите сюда! Пора познакомиться поближе с нашим упрямцем».

Из-за моей спины шагнула стройная фигурка, затянутая в облегающий черный комбинезон, как нельзя лучше подчеркивающий все изгибы девичьего тела.