Я буду молчать, но разве остальные не поймут, что вы изменились?

– Люди иногда меняются, когда происходят тяжелые события. Тот, кому теперь принадлежит Асгрим, сказал, что мой отец погиб.

– Ох, да, я так сожалею, госпожа, – начала причитать Хельга, но я сразу ее остановила.

– К тому же мне теперь предстоит выйти замуж за незнакомого мужчину. Плюс потеря Асгрима. Думаю, всего этого достаточно, чтобы любая на моем месте изменилась. А если ты еще и немного поговоришь с другими слугами о том, как мне плохо, как много свалилось на меня, какая непомерная тяжесть легла на мои хрупкие плечи, что не всякий человек способен пережить без последствий все это, то я буду тебе очень благодарна, Хельга.

– Как… – Хельга смотрела на меня, и я никак не могла понять, чего в ее взгляде больше: ужаса или уважения. – Вы здорово все придумали, госпожа. Вы правы, такое не всякому мужчине по силам, что уж говорить о нашей хрупкой, робкой и милой госпоже.

– Робкой? – не знаю почему, но я рассмеялась. Уж кем-кем, а робкой я никогда не была. – Ладно, – отсмеявшись, я повеселевшим взглядом посмотрела на Хельгу. – А теперь расскажи мне, что за постановка была здесь вместо боя?

Хельга ощутимо вздрогнула и явно занервничала.

– Ну же, все уже случилось, так что ни к чему скрывать, – поторопила я ее, подталкивая к тому, чтобы облегчить груз совести.

– Это все Ливольф, – вздохнула она. – Когда пришла весть о гибели вашего отца, он быстро сообразил, чем это грозит Асгриму. Если бы соседи узнали, то ваши земли и замок разорвали бы на части, а вас взял бы в мужья первый добравшийся. В таких случаях не нужны никакие церемонии. По праву победителя. Вас бы просто…

– Я поняла, Хельга, можешь не вдаваться в такие подробности, – перебила я, заметив, как ей сложно говорить об этом.

– Мы боялись этого, поэтому Ливольф отправил гонца в Одельгар. Ливольф когда-то давно воевал плечом к плечу с ярлом Тором и…

– Тором?

– Тот мужчина, что не так давно заходил в ваши покои, госпожа, – пояснила Хельга, явно успокоившись.

– Ясно. Продолжай.

– Ливольф клялся нам, что достойнее ярла не сыскать во всей северной вольнице. Что он будет заботливым честным мужем и никогда не сделает вам больно. Мы поверили ему. Простите, госпожа, что не сказали вам. Просто земли Глауда находятся к нам ближе всего, а тамошний ярл такой препротивный и премерзкий человек. Мы не хотели, чтобы вы достались такому недостойному мужчине. К тому же мы слышали, что Глауд продает людей пиратам.

– Пиратам? – удивленно переспросила, пытаясь понять, в какой мир я попала. Пока было не очень понятно, но кое-что уже вырисовывалось.

– Да. Они сами себя так называют.