Он медленно наклоняется к ней вновь, целует ее глаза, мокрые от слез щеки, губы, лоб, шею, нежно покусывает ушко, прекрасно чувствуя, что она почти на пике..

И вдруг над ними раздался полный холодной ярости крик:

— Отойди от моей женщины!

Хелл вздрогнула, открыла глаза и увидела стоящего в нескольких шагах от них бледного от ярости… Нордрага. Уже понимая всю нестандартность ситуации, перевела взгляд на Нордрага, который ласкал ее, и встретилась со смеющимися темно-синими, цвета предгрозового неба глазами.

— Нордраг, — лениво, не меняя позы, не вынимая руку из нее, произнес Сиан, — ты мне всю игру испортил! Трудно было явить нам свой разгневанный лик, на пару минут позже?

— Арсианар! — выдохнул Нордраг, и его глаза полыхнули черным.

— Мои, мои, — покорно согласился наследник дома Азгарт, — и женщина моя и территория тоже моя!

Одно движение и Нордрага сносит воздушной волной в открывшийся переход. Через секунду они снова остались одни. Уже черноволосый деймас, с такими любимыми чертами лица коварно усмехнулся, посмотрел на онемевшую женщину под собой, и подмигнув, ласково произнес:

— Ты так забавно сопротивлялась, я просто не смог удержаться…

— Ты… — у Хелл не было слов, одни эмоции и все негативные.

— Ага, — он нагнулся, снова поцеловал ее, и прошептал, — ты меня любишь!

— Теперь вопрос другой — ты меня простишь? — Он посмотрел на ее покрасневшее личико, на то, как она от гнева закусила губу, и тут же продолжил. — Если не простишь, мне придется просить прощения. А это весьма приятный процесс, так что я не против!

Ответить он ей не дал, снова закрывая ее рот излюбленным мужским способом, и очень быстро заставив ее забыть о гневе и злости.

— Я… я тебя убью! — прошипела Хелл, едва он оторвался от нее, чтобы раздеться.

Арсианар улыбнулся, своей неподражаемой почти божественной улыбкой… и она забыла, что хотела сказать.

Потянувшись на мягкой постели, она открыла глаза и улыбнулась любимому.

Арсианар лежал, глядя на нее, и в его взгляде было такое искреннее восхищение… хорошо, что ментальный блок она умела удерживать и во сне.

Легкая тошнота напомнила маленьком чуде внутри нее… и мысли о мести отразились на ее личике хитрой улыбочкой.

— И чего мы так улыбаемся? — тут же спросил Сиан.

Так она и сказала! Хелл вспомнила их марафон — начавшийся на той самой чудной планетке покрытой травой, продолжившийся на его любимой планете с океаном, и даже когда она уже мечтала просто уснуть на его постели в кольце его рук, он все еще желал продолжить сладкую игру, которая отнимала так много сил у нее. Вспоминать сколько раз она взлетала к вершине не хотелось, учитывая, что от подобных воспоминаний хотелось целовать его не останавливаясь.