— Хм… но опасаться вас было бы глупо… хотели бы убить, просто позволили бы мне упасть с лестницы, так?

— Так, — его улыбка стала шире.

— Вам так хочется, чтобы я угадала сама?

Хелл откинулась, пристально рассматривала демона. Сейчас она смотрела на него, но вспоминала и анализировала его поведение. Словно две картинки просматривала — того демона, что видела утром, и того, что почти обнаженным выскочил из ванной. На первый взгляд ничего не изменилось, и все же… Тот демон, подхватив ее на лестнице, не преминул бы воспользоваться положением, в этом было лишь волнение, он действительно переживал за нее.

Тот демон был искусным соблазнителем, но чувствовалась школа — он прилагал усилия, чтобы нравиться! Этот даже не обращал внимания на прислугу, его обаяние было врожденным, он ничего не предпринимал, а женщины следили за ним восторженными взглядами…

Значит два разных создания! Тот был демоном, а этот? Она вспомнила, как он ел — истинный аристократ, значит, метаморфы отпадают! Возможно демоны близнецы, но тогда как объяснить его такое знакомое «Хелли»? И тут она вспомнила как тот, о котором она боялась даже подумать менял свою внешность на Трех Мирах! На ее лице появилась горькая усмешка:

— Арсианар!

Демон улыбнулся такой знакомой улыбкой деймаса и начал стремительно меняться.

Вот уже вместо длинных до пояса серебряных волос, до плеч опускаются черные прямые локоны. Лицо меняется, становясь удивительно прекрасным, тонкие губы словно очерчиваются по контуру, скулы выделяются. Чуть раскосые глаза становятся цвета темно-фиолетового предгрозового неба, с едва заметным темно-синим светом. По швам трещит одежда, потому что деймас выше, и значительно шире в плечах. Сиан небрежно взглянул на свою одежду, и вот он уже в черном шелковом костюме.

Хелл покачала головой:

— Это гнусно даже для тебя, деймас!

— Я хотел поговорить с тобой, — мягко произнес Сиан, — но мне интересно как ты поняла.

— А мне не интересно рассказывать! — Хелл смотрела на него, проклиная себя последними словами. Хотелось бежать — но она понимала, что это бесполезно. Хотелось уйти, но странная слабость словно охватила все ее тело, а падать в обморок снова она не хотела. Было горько, обидно и тошно.

Она только попросила, — Уходи!

— Хелли, саити моя, ты даже демона простила…

— Он был честен со мной, всегда. А ты… просто солгал!

— Знаешь, я и не подозревал, что ты все поняла.

— А я умная, Сиан. Мама с детства учила думать головой, потом учитель, потом ниасе, потом Ксиай. Но самый болезненный урок мне преподнес ты. Наверное, я должна быть благодарна… только благодарности не чувствую!

Он смотрел на нее, чуть прищурив прекрасные глаза, на его лице не было заметно ни одной эмоции.