Наперерез к ней рванула страшная черная зверюга, но Хелл, сжав виски, отдала ментальный приказ на языке деймасов: ""Свои. Защищать!"".

Зверюга остановилась, заскулила, наемница быстрым шагом двинулась в дом.

Открыла дверь, вошла, осмотрелась, замерла, встретившись взглядом с пожилым деймасом.

Мужчина встал, снял нечто наподобие редингота, протянул ей. Хелл от одежды не отказалась и, едва сунула руки в рукава, выжидательно посмотрела на мужчину:

— До чего докатилась молодежь, — грустно произнес он, разглядывая наемницу, — беглая рабыня, неинициированная, без знака принадлежности, да еще и с отсталой планеты! Как печально.

Хелл от удивления едва рот не открыла, потому что мужчина говорил на тшхесском!

— Помогите мне, — на этом же языке попросила наемница, и теперь пришел черед удивляться уже мужчине.

— Откуда вы знаете… — начал деймас, — но тут же остановился, уловив страх в ее глазах, — вас перенести на Тшхессе?

— Да! — не задумываясь, ответила Хелл, едва не запрыгав от радости, потому что она и надеяться не могла на такую невероятную вселенскую удачу.

— Нет! — произнес жесткий голос у двери, и даже не оборачиваясь, наемница уже знала, кто там стоит. — Осолосшнер Тармеди, я благодарю вас за милосердие к слабейшим, но это моя рабыня!

Поведение хозяина тут же изменилось, и низко склонившись, он ответил на их языке:

— Мой господин, простите за беспечность!

Наемнице оставалось только в ярости кусать губы. Подобие редингота с нее сняли, надев взамен летящий халатик персикового цвета. Ткань была умопомрачительной на ощупь, но в этот момент она предпочла бы оказаться полураздетой среди демонов на Тшхесссе, там, по крайней мере, был шанс сбежать!

— Идем, — произнес приятный голос повелительным тоном, и ее выпихнули во двор. Сойдя по ступенькам во двор, Хелл различила уже знакомую фиолетово-розовую кромку, обернулась посмотреть на деймаса. Как она и предполагала, у него оказались снова фиолетовые с розовым свечением глаза, вот только зрачок вертикальный.

""Ой, какие мы злые, — усмехнулась Хелл, — а сейчас мы еще и сильнее разозлимся.""

Дождавшись пока он подойдет вплотную, очень недобро глядя на нее, наемница обняла его за шею, для чего пришлось приподняться на носочках, и прошептала на межмирном:

— Поцелуй меня… — и закрыла глаза, потянувшись к нему.

Деймас обнял ее, чуть приподняв, затем она ощутила его дыхание на своем лице, нежное прикосновение губами к ее носику, глазам, щекам. Он покрывал все ее лицо легкими, дразнящими поцелуями, вытесняя все мысли, все желания кроме одного — что бы это никогда не закончилось!

""Целоваться умеет, — отрешенно подумала Хелл, — но… месть слишком сладкое блюдо, чтобы от нее отказываться. — Она мысленно отыскала разум ""собачки"", и отдала приказ, — Фаз.