– Но Вашему Величеству нет нужды беспокоиться о продолжительности моей жизни, – он говорил неторопливо, почти нараспев. – Сперва позволь вернуть тебе часть детских дружеских чувств, чтобы ты направил свои усилия в нужное русло и не мешал моим планам.

– Ты… – прохрипел Мо Жань.

Мужчина издевательски фыркнул.

Горестно стеная, Бугуй вошел в тело бывшего хозяина.

– Рана неглубокая. Я только возьму немного твоей крови, чтобы создать печать.

Незнакомец действительно только размазал немного крови в районе сердца, затем поставил кровавую точку между бровей Мо Жаня и начал напевать какое-то заклинание.

От острого приступа головной боли юноша закричал:

– Еб! Твою! Мать! Я что, порубил тебя на фарш в прошлой жизни? Или убил все восемнадцать поколений твоих предков? Блять, что ты творишь!?

– Тсс, не двигайся. Это всего лишь заклинание Доброго Сердца.

– Бляяяя! Да плевать мне, чары ли это доброты* или тошноты**, ты можешь перестать быть таким отвратным**? Убирайся!

[Даже в такой тошнотворной ситуации Мо Жань умудряется играть словами:

善心 shànxīn шаньсинь - доброе сердце/сердечность/милосердие

恶心 ěxīn эсинь - сердце злодея/тошнота/тошнотворный/отвратительный].

– Мо Жань, – человек закончил рисовать печать на лбу и тихо вздохнул. – Разве ты можешь заставить меня уйти?

Помолчав мгновение, он продолжил напевать:

– Душа* непокорнее воды, желания нельзя обуздать, сердца* врата... откройтесь!

[*心 xīn синь - сердце=душа (возможно потому, что душа живет в сердце)].

Грудь Мо Жаня пронзила острая боль:

– Ты...

Внезапно ледяные оковы исчезли, и мертвенно-бледный Мо Жань, пошатнувшись, медленно опустился на колени.

– Ты еще будешь мне благодарен, – человек в черном какое-то время равнодушно смотрел на него сверху вниз, затем холодно пояснил: – Я только усилил твои чувства и эмоции. Когда любовь и ненависть станут сильнее, ты же, наконец, сможешь понять, кто живет в твоем сердце, не так ли? Так что если ты не сделаешь все, чтобы защитить Ши Мэя даже ценой своей жизни, тогда ты так и останешься.... бесполезным мусором, беспомощным и никчемным брошенным всеми ублюдком!

Значит, заклятье Доброго сердца предназначено для того, чтобы усилить любовь и ненависть, прояснив его чувства?

Но почему этот человек тратит столько сил, чтобы защитить жизнь Ши Мэя?

И водная стихия...

Это были последние беспорядочные мысли, промелькнувшие в его голове перед тем, как он потерял сознание.

Густые черные ресницы сомкнулись, и тело Мо Жаня с глухим стуком упало на пол. Человек в черном равнодушно посмотрел на него, затем склонился и пощупал пульс. После минутного раздумья он вновь поднял руку, и на его ладони вспыхнул голубой свет.

– Забудь все, – тихо сказал человек в черном.