Где-то недалеко прогрохотали артиллерийские выстрелы, раздался шелест, и позиции советско-монгольской тактической группы покрылись четырьмя грибами разрывов стопятидесятимиллиметровых снарядов. Тут же последовал второй залп, за ним третий и четвертый. В течение пяти минут японские гаубицы выпустили более шестидесяти снарядов.

Потери от обстрела сразу определить было невозможно. Однако план капитана Новикова был приведен в исполнение. Как только артподготовка прекратилась, на открытые участки вышли санитары и пехотинцы с носилками. Они бегали от траншей к зданиям и сараям, которые тоже пострадали от обстрела.

Сразу после этого всех заставил залечь очередной залп. На этот раз снаряд угодил в замаскированный Т-26, второй разорвался рядом с бронеавтомобилем и повредил его. Поджигать больше ничего не требовалось. Подбитый Т-26 чадил куда хлеще всех бочек и покрышек. Экипажи находились вне машин, в укрытиях и не пострадали. После этого залпа японская артиллерия замолчала.

Линия связи оказалась не повреждена, и Новиков вызвал командира батальона.

— Капитан, что у тебя? — спросил тот.

— Насчет потерь личного состава пока не понятно. Японцам удалось поджечь один танк и повредить БА-10. Экипажи живы. А почему молчит наша артиллерия?

В это время загрохотали стодвадцатидвухмиллиметровые гаубицы, расположенные за рекой Халхин-Гол.

— Извиняюсь, батарея открыла огонь.

— А молчала она потому, что разведка уточняла координаты вражеской артиллерии. Рядом с ней, кстати, объявилась еще одна рота противника, но без танков, на грузовых машинах.

— Японцы и должны были подтянуть резервы.

— Ты вот что, Сережа, уточни потери и, пока действует связь, сообщи мне. Получив информацию о результатах ответного артобстрела, я передам ее тебе. И еще, капитан, ожидай появление самолетов противника.

— Уже ждем. Но мы бессильны против них. Если только они пойдут на малой высоте, то достанем их из «дегтярей», а так основной заслон — зенитные счетверенные установки, расположенные на противоположном берегу.

— Батарея готова принять гостей. Ты мне данные о потерях давай.

— Передам.

Новикову не пришлось отдавать дополнительное распоряжение. Командиры подразделений сами передали сведения о потерях.

Старший политрук Семенов свел их воедино и доложил:

— У нас, капитан, убитыми пять красноармейцев, четыре легкораненых, которые после оказания первой помощи смогут остаться в строю. У монголов убитых четверо, тяжелых один, двое легких, которые тоже останутся в строю. Итого по группе убитых девять человек, тяжелых один, легких шесть. Сожжен Т-26, повреждена БА-10.