Крутов загремел чугунками и тарелками у печки, налил щей, нарезал хлеба, и вскоре они обедали на веранде, где было не жарко и свежо, несмотря на жару снаружи.

— Гаишника встретил… — проговорил Крутов как бы между делом, — на мотоцикле.

— Ну и что? — насторожился Воробьев.

— ГАИ у нас только в Жуковке, в села заезжает редко, а тем более — гоняет по лесным дорогам на роскошном «Харлее» с кучей прибамбасов.

— Та-ак. — Воробьев отставил тарелку. — Ты думаешь?..

— Ничего не думаю. Он ехал из Петуховки и свернул на проселочную дорогу, которая скорее всего выходит за речкой на новую асфальтовую трассу.

— Понятно. — Панкрат достал рацию, щелкнул кнопкой. — Второй, я Первый, как слышишь? Прием.

— Хорошо слышу, Первый, — почти сразу же ответила рация. — Готов к докладу.

— Погоди с докладом. Прочеши-ка район Петуховки и лес севернее реки Добрушки на предмет выявления постов ГАИ. Как понял?

— Понял нормально, Первый, выполняю.

— Сразу после рейда ко мне.

Панкрат выключил рацию, снова принялся за еду.

— Подождем. ГАИ — тоже интересный вариант для создания «крыши». Кстати, знаешь, кто был первым на Руси гаишником? Соловей-разбойник.

Он нес дозор на перекрестке дорог, свистел и грабил проезжающих.

Крутов на шутку не прореагировал, только поморщился.

— Еще что-нибудь заметил?

Крутов покачал головой, думая о своем."

"— Никак не возьму в толк, почему они действуют так нагло. И почему в качестве объекта для нападения выбрали Ковали, маленькую деревушку с единственным коммерческим ларьком. Всего-то и взяли — ящик водки, консервы да пару тысяч деревянных…

— Все дело в «крыше», Егор. Есть у меня кое-какие версии на этот счет, сейчас они проверяются.

Не гони лошадей, подождем. Вспомни китайскую стратагему номер шестнадцать: если хочешь схватить, прежде дай отойти.

Крутов промолчал, с видом флегматика доедая щи. В свое время он изучал китайские стратагемы — тридцать шесть китайских секретов успеха в воинских делах, поэтому знал точное значение стратагемы номер шестнадцать, но говорить об этом не стал. А Панкрат вдруг ощутил, насколько напряжен его новый приятель. Подумалось: если бы не я, парень уже разыскивал бы бандитов сам.

— Как ты думаешь, как у них поставлен дележ добычи?

— Что? — не сразу понял вопрос Егор.

 — Львиная доля небось идет вожаку. Зачем тебе это знать?

— Да просто любопытно, — хмыкнул Панкрат. — Знаешь, как у русских казаков делилась военная добыча? Лишь одна десятая шла царю, то есть главному «вожаку», такая же доля отходила храму, еще одна десятая самим казакам и семь десятых — вдовам и сиротам.

Крутов непонимающе уставился на Воробьева.

— Ты к чему клонишь?

— Просто анализирую. У бандитов, конечно, расклад иной.