Он пер вперед и желал только одного — заключить Крутова в объятия, из которых тот, вполне вероятно, уже и не освободился бы живым. Тогда Егор вошел в пустоту, и его боевые инстинкты вывели его на иной уровень боя, позволяющий не убивать противника.

Сначала он остановил напор гиганта толчком в грудь растопыренными пальцами руки, а затем сделал выпад «копытом лошади» — согнутыми костяшками пальцев в лоб противника. Хрюкнув, вожак байкеров пошатнулся и тяжело рухнул навзничь, едва не угодив на сруб колодца.

Сзади раздались аплодисменты. Крутов оглянулся. К ним подходили трое парней в камуфляжных комбинезонах спецназа, двое — в вязаных масках, третий — с открытым, располагающим к себе, скуластым лицом, на котором выделялись желтые кошачьи глаза. Взгляд его был колюч и насмешлив, выдавая характер неукротимый и упрямый. Это был взгляд профессионала. Возраст его вряд ли превышал двадцать восемь — тридцать лет. Именно этот парень и аплодировал Крутову.

— Мастерски деретесь, — сказал он, останавливаясь у ног лежащего гиганта, в то время как его спутники стали пинками сгонять байкеров в кучу. — Спасибо за помощь, вы, по сути, сделали нашу работу.

— Кто вы? — полюбопытствовал Егор.

— Дорожные мстители. Слыхали, может быть? Идем по следу одной серьезной мотобанды, но это, к сожалению, не они. — Парень с презрением сплюнул на медленно приходящего в себя вожака байкеров. — Саранча! Хотя тоже, конечно, подонки изрядные. Петро, — повернул он голову к одному из своих спутников, — мотоциклы отволочь за околицу и в овраге сжечь, их хозяевам накостылять по шее и отпустить. С вожаком поговорить посерьезней, чтоб не вздумал потом снова собирать команду.

— Сделаем, — пообещал Петро.

— Круто вы с ними, — покачал головой Крутов.

— А иначе нельзя, задавят. Внушить им благие намерения невозможно, так пусть хотя бы боятся. А вы не простой гражданин. — Молодой человек с кошачьими глазами прошелся оценивающим взглядом по фигуре Крутова. — Оч-чень непростой, судя по владению приемами барса и диммака. Часом не из Конторы будете?

Так мог выражаться только человек, сам имеющий отношение к Конторе, то есть ФСБ или другой спецслужбе, и Крутов вдруг ответил откровенно, парень ему понравился:

— Уже нет. А вы случайно не оттуда?

— Тоже уже нет, — засмеялся молодой человек, сунул Егору сухую твердую ладонь. — Панкрат. — Снова засмеялся. — Это меня дед так назвал, не отец, крутой был мужик, царство ему небесное.

— Егор, — представился Крутов. — Бывший полковник-«ходок». Еду на родину, отсюда уже недалеко, в Жуковском районе есть деревенька Ковали. — Он оглянулся на Селивана Федотовича, о чем-то разговаривавшего с хозяйкой подвергшейся набегу усадьбы. — Хотел помочь деду, эти шакалы разбили ему машину.

— Ясно.