Одна ветка на кусте была сломана, Каспар приподнял ее и обнаружил капельку еще не запекшейся крови.

Почувствовав опасность, Аркуэнон резко обернулся — но ничего не увидел.

— Что скажешь, следопыт? — спросил Каспар.

— Они невидимы…

— Похоже на то. Давай возвращаться, не дело связываться здесь неизвестно с кем.

И они стали осторожно пятиться, стараясь не упускать из виду ни одного кустика.

Когда вернулись, остальные ждали верхом.

— Не нашли? — удивился Фундинул.

— Нашли только остатки, далеко отошла, а там — волки. Ничего не оставили.

— А наши запасы? Крупа, солонина? — встревожился орк.

— Наверное, достались мышкам. — Каспар криво усмехнулся и взобрался на лошадь. — Поздно горевать, в следующий раз крепче будем привязывать, да и поближе, а теперь — поехали!

Через час отряд прибыл к реке и остановился. Вместо прежде полноводной реки по дну широкого русла бежал мутный ручей.

Кое-где виднелись наносы ила и кучи водорослей, ветер нес запах гниющей рыбы.

Одна из куч слежавшейся тины зашевелилась, и Каспар не сразу понял, что перед ними озерный человек, представитель некогда многочисленного, а теперь почти исчезнувшего племени водяной нечисти.

Его спутанные волосы были слеплены высохшим илом, серая кожа потрескалась, а желтые глаза слезились. Длинные когти на соединенных перепонками тонких пальцах были поломаны от непрерывных стараний докопаться до большой воды.

— Как их прижало, гадов, — сказал Фундинул. — Так ведь и последние вымрут, ваша милость!

— И то хорошо, — согласился Каспар. — Мессир Маноло говорил мне, что через озерных людей к нам из нижних миров проникают темные силы. И чем меньше демонов в нашем мире, тем лучше.

— Кстати, Каспар, — Бертран зевнул, — а почему с нами нет мессира Маноло? Его помощь в таком походе была бы нелишней.

— Увы, мессир Маноло очень занят и не смог поехать. Но он обещал не оставить нас в случае крайней необходимости.

Озерный человек, ковыляя, взобрался по косогору и преградил путникам дорогу, растопырив лягушачьи лапы и глядя на них голодными глазами.

— Отда-ай ло-ошадь! — завыл он.

— Ты что, не видишь, кто перед тобой? — строго спросил Каспар, осаживая захрапевшего мардиганца.

— Отда-ай… — Озерный человек подавился собственным воем.

— Это же его милость Каспар Фрай! — сообщил гном, раздувшись от важности, точно это он был Фраем.

Озерный человек икнул и спешно заковылял прочь. Имени Каспара представители водяной нечисти стали бояться после давнего случая, когда им пришлось отступить перед силой его амулета.

— Они все еще боятся вас, ваша милость, — заметил Углук.

— Приятно это осознавать. Но что такое? Мне кажется или я чувствую запах дыма?

— Да, запах есть, — согласился Бертран.