— по слогам, словно первоклашка-двоечник, а ты попробуй разбери эти каракули, Глюк зачитал первый пункт из списка, представленного домовым на клочке сильно пожелтевшей от времени бумаги. — Настоящая, проверено.

— Надеюсь, не закладная? — поинтересовался я ехидно, разом вспомнив ролики о кладоискателях и почему в, казалось бы, старых бедных избах, можно найти медные, серебряные, а то и золотые монеты. Обычай такой был, на достаток в доме, по углам, между первым и вторым рядом брёвен сруба, монету прятать. Обычно закладывали или одну, или сразу в каждый угол.

— Хозяин, — вскричал Бичура-бабай и тут же, спрыгнув с табуретки, упёр руки в боки и встопорщил бороду, задрав подбородок вверх. — Ты меня что, за вэхши какого принимаешь, чтобы я обрядовые монеты тырил⁈ Закладные, все восемь, на своих местах, — лично проверял. А эту в пыли под полом нашёл!

— Монету сдай Глюку, — объявил я, и мумия тут же требовательно протянула руку к домовому.

— Как это… Как это сдай, Хозяин? — зачастил старик, чуть отходя в сторону и смотря на перебинтованную ладонь как на голову ядовитой змеи, неумолимо к нему приближающуюся. — То, что подполом нашёл, — то моё. Закон!

— Закон? — посмотрел я мажордома.

— Закон, — вздохнул тот, признавая слова старика, но руку тем не менее не убирая.

— Ладно. Законы мы чтим. Но деньги нам сейчас очень нужны, как хлеб прямо. Кстати, у нас и свежего хлеба-то почти не осталось, скоро сухари грызть будем как мыши. Поступим так: отдаёшь монету мажордому под процент…

— Процент? — Глаза Глюка стали круглыми, прямо как та монета.

— А какой? — заинтересованно тут же подшагнул домовой.

— Э-э… четыре процента…

— В день?

— Сколько?

— … годовых. Смотри, Бичура-бабай, сдаёшь монету, через год можешь её забрать вместе с причитающимися тебе процентами, а можешь только проценты забрать. А можешь всю сумму ещё на год оставить, и тогда уже на неё будут насчитываться эти четыре процента. Надо, Бичура-бабай, надо.

— Ну, раз надо… — старик сунул руку куда-то под кожаный передник… Кожаный передник? Вот старик даёт, ещё пару часов назад его у него точно не было.…И положил монету на ладонь мумии.

— Императорский полтинник! — фирменная невозмутимость вновь изменила мажордому.

— Дай посмотреть.

Монета оказалась большая, тяжёлая. На одной стороне был изображён профиль важного мужика в короне, а на другой — цифра пятьдесят, увитая то ли виноградной лозой, то ли плющом. Красивая. Я вернул монету Глюку."

"— Вот что, Бичура-бабай, составь список того, что нужно тебе по хозяйству, для поддержания порядка и улучшения характеристик избушки. Когда будем закупать необходимое, то и твой список учитывать будем. А как свободные деньги появятся, будем что-то каждому по желанию покупать. Слово сказано.