Над озером поднималось влажное марево. Лёд, почерневший местами, уже подняло наверх, между берегом и ледовым панцирем по всему периметру озера образовалась двухметровая полоса чистой воды.

«То, что надо», – подумал Ник. – «Кажется, успел. Ещё одна ночь и всё, лёд начнёт рассыпаться прямо на глазах…».

– Не передумали, шеф? – поинтересовался широкоплечий шофёр-телохранитель Витька, наполняя водкой гранёный стакан, стоявший на капоте автомобиля.

– Где покупал? – строго спросил Ник, недоверчиво косясь на водочную бутылку.

– Как вы и просили, в ларьке. Не сомневайтесь, настоящая «палёнка»!

Ник резко выдохнул, вздрагивая от отвращения, медленно, глоток за глотком, затолкал в свой организм противную жидкость, занюхал рукавом старенького ватника.

Окончательно отдышавшись, вкусно похрустел солёным огурцом, несколько раз жадно затянулся беломориной.

– Всё, пора!

Он достал из багажника квадратный щит, сколоченный из грубых досок, подошёл к берегу и, сильно размахнувшись, зашвырнул щит на почерневший лёд.

– Вы там поосторожнее, шеф! – заботливо посоветовал Витька.

Ник высоко закатал отвороты болотных сапог, прошагал по воде к кромке льда, поправил щит и осторожно лёг на него животом.

Отталкиваясь ото льда руками, медленно заскользил вперёд

Надо льдом тоже была вода, сантиметра два-три, поэтому со стороны живота ватник тут же промок насквозь.

Можно, конечно, было и гидрокостюм надеть, но это уже совсем не то, не по-честному…

Лёд заметно прогибался под тяжестью его тела, обещая незабываемое знакомство с холодной озёрной пучиной.

«Ничего страшного», – успокаивал себя Ник. – «Ерунда, здесь просто очень мелко, вода прогрелась, вот лёд и стал таким пористым.

Дальше глубина начнётся, там лёд настоящий, прочный…».

Метров через сто двадцать он остановился, вытащил из ножен, висящих на поясе, верный нож и аккуратно прорезал во льду квадратное отверстие. Толщина льда не превышала четырёх сантиметров, он резался как свежий мармелад.

Ник достал из правого рукава ватника крохотную зимнюю удочку, из левого – круглую коробку со свежим мотылём. Насадил на крючок мормышки несколько жирных личинок, опустил нехитрую снасть в квадратную лунку. Мормышка медленно легла на дно, Ник немного подмотал катушку, укорачивая леску.

Немного поиграл мормышкой, кончик кивка мелко задрожал и опустился вниз. Он резко подсёк и через десять секунд вытащил из лунки трехсотграммового подлещика. Отличная рыбина! Просто великолепная! Ник снял добычу с крючка и отправил в полиэтиленовый пакет, заранее прикрепленный к широкому кожаному ремню, подпоясывающему ватник.

Есть задел!

Часа через три окончательно затекла поясница, замёршие пальцы уже не гнулись, отказываясь насаживать ярко-рубинового мотыля на крючок.