Так тебя растак! С каких пор это ты важным заделался? Почему это я должен море и девчонок бросать ради твоей мерзкой персоны? Нет, ты изволь объяснить, мать твою!

Минут через десять заслуженный полярный лётчик, забиравший в своё время с неверной льдины легендарных челюскинцев, наконец-то выдохся и замолчал.

– Ну, всё сказал, козлобобер недоделанный? – обратился к нему Ник. – Тогда, Мавр, старый ты перец, иди сюда – обнимемся, что ли.… Да, а выпить-то, друг мой, не найдётся ли случаем? Как сейчас помню, у тебя же коньяк всегда был припрятан – где-то там, в хвосте самолёта…

Обнялись, коньячку выпили, обменялись последними новостями и неприличными свежими анекдотами.

– Рад за Лёху Сизого и его симпатичную жёнушку! – сразу же заверил добрый Мавр. – Двойня – это просто отлично, мать его! Увидишь – приветы передавай от меня…

Не стал Ник ему говорить, что Лёха пропал без вести.

Во-первых, данный факт являлся служебной тайной.

А, во-вторых, зачем понапрасну расстраивать хорошего человека? Ему же ещё самолёт вести по маршруту…

Вскрыл Ник светло-коричневый конверт, переданный ему Слепцовым, и ознакомился с содержанием очередной начальственной инструкции.

Предстояло прыгнуть с парашютом над финским хутором Халкипудос, что находился в двадцати километрах южнее городка Оулу.

Там должны были встретить, переправить через Ботнический залив в Швецию и помочь добраться до Стокгольма, где, ясен пень, будут даны следующие указания.

– Вот же, служба наша, мать её, всё бы им играть в конспираторов, – пожаловался Ник. – Нет, чтобы сразу всё сказать: так, мол, и так, конечная точка маршрута – такая-то, маршрут – такой-то.

Тогда и все нюансы можно было бы продумать заранее, всё спланировать тщательно. Так нет, выдают информацию по крохотным кусочкам, всё опасаются утечки. А какой в этом смысл? Всё равно где-то там, на самом верху, сидит себе дятел и постукивает регулярно всем потенциальным противникам и врагам…. В чём тут заключается глубинный смысл? Кто мне объяснит?

Мавр только плечами пожал, допивая из горлышка бутылки коньячные остатки, а потом распорядился:

– Бесполезно, брат Никитон, задавать мне такие сложные вопросы.

Это ты у нас – рыцарь плаща и кинжала, а я – простой извозчик, куда велят – туда и везу…. Кстати, а чего это ты расселся? Иди вон в тот домик, подбери себе одежду потеплее. Минут через сорок стемнеет, будем взлетать – согласно установленного графика…

Экипировался Ник знатно: короткий полушубок на оленьем меху, утеплённый лётный шлемофон, ватные штаны, собачьи унты, толстые, вязанные из мохнатой овечьей шерсти перчатки.