Лучше вот – прогуляйтесь вместе с нами, покажите, так сказать, местные достопримечательности…

Достопримечательностей в тогдашней Кандалакше было ровно две: морской порт, забитый до отказа всевозможными судами и судёнышками, и место впадения реки Нивы (прошу не путать с Невой!), в Белое море. Действительно, очень красивое местечко – с точки зрения ландшафтной эстетики…

Они поглазели в порту на неуклюжие сухогрузы, загружаемые какой-то местной рудой (то ли апатитовым концентратом, то ли еще чем аналогичным, Музыка и сам толком не знал), и на непрезентабельные рыбацкие баркасы, выгружавшие на берег холщёвые мешки и деревянные ящики с пикшей и камбалой.

Вдоль берега направились к устью означенной Нивы.

Здесь речные воды вливались в море с достаточно большой скоростью, создавая целые островки и архипелаги белой и розоватой пены, разносимые морскими течениями и ветрами во все стороны.

Над бурными струями реки, врывавшимися в морскую стихию, безостановочно кружили шумные стаи упитанных чаек, то там, то тут из воды выпрыгивали мелкие рыбёшки, по всей акватории губы озабоченно сновали рыбацкие лодки всех фасонов и размеров.

– А селёдка беломорская уже подошла к берегу? – небрежно поинтересовался Ник, демонстрируя свою осведомлённость. Ему, действительно, раньше уже доводилось здесь ловить рыбу, «беломорку» – в том числе.

– С неделю, как подошла, – Музыка посмотрел на Ника с уважением. – Если, товарищи, хотите порыбачить, то милости просим. Вон, видите, у пирса лодка пришвартована: тёмно-зелёные борта с широкой белой полосой? Это моего тестя лодка, можете брать в любое время, как только надумаете. Я вас и снастями обеспечу, ватники выдам – чтобы не замёрзли на воде, сапоги резиновые, прочее…

На обратном пути дорогу им преградила длинная узкая колонна заключённых, одетых в серые неказистые робы. Худые измождённые лица, голодные страшные глаза, шаркающая походка. В колонне совсем не было молодых мужчин, в основном – женщины всех возрастов и явные старики.

– Шибче ногами двигайте, мухи сонные, шибче! – подгоняли зэков мордатые охранники, видя, что колонна задерживает важных военных.

– К северной окраине порта следуют, будут камни для нового мола засыпать в море, – равнодушно объяснил майор.

Вдруг, над толпой взлетели вверх тонкие женские руки, и раздался знакомый звонкий голос с лёгким акцентом:

– Мистер Ник! Это я – Мэри Хадсон! Мистер Ник, помогите, ради Бога! Помогите, умоляю!

– Прекратить разговоры! Вот, я тебе сейчас дам, шалава порченная! – взревел дюжий охранник и полез к кричавшей женщине сквозь толпу, выставив автомат прикладом вперёд, явно намереваясь этим прикладом и проучить провинившуюся.

– Отставить! – заорал Ник благим матом.