– Присоединяюсь к приветствиям моего сына, – вежливо проговорила Сара Монтелеон и тут же обеспокоенно спросила: – А где же капитан Зорго? Надеюсь, с ним ничего плохого не случилось? Он жив? Жив?

– Всё хорошо, – заверил Ник, освобождаясь из крепких объятий Джедди, и громко прокричал в темноту зала: – Выходите, висельники! Это просто королевские гвардейцы прискакали к нам на помощь, из-за синих далёких холмов…

Зорго чуть смущённо приложился губами к руке прекрасной сеньоры Сары, та нежно и очень осторожно провела ладонью другой своей руки по его забинтованному затылку.

Сзади возбуждённо затараторил Мэлви, еле сдерживая других своих соплеменников, рвущихся к клети.

– Они интересуются, что случилось с заложниками, – перевёл Зорго, не отрывая взгляда от прекрасных зелёных глаз новоявленной амазонки.

Сеньора Монтелеон чуть заметно нахмурилась.

– Большинство заложников – живы. Но есть убитые и раненые: во время жаркого боя всегда бывает много шальных пуль, которые никого не щадят…

Первыми из подземелья подняли индейцев чиго, им не терпелось увидеться с освобождёнными родственниками.

Пока все остальные были заняты взаимными приветствиями и цветистыми комплиментами, Ник незаметно подмигнул Джедди и рукой показал в сторону, мол, надо срочно поговорить.

– Расскажи мне всё, что случилось, только коротко, – попросил Ник.

Джедди, бросая на Айну, с которой так и не успел пообщаться толком, обожающие взгляды, сообщил следующее:

– Значит, засунул капрал Кью свою винтовку в нору и давай палить безостановочно. Верно? Так вот, напрасно Кью переводил патроны, нора-то по-хитрому была вырыта – в виде полуокружности, с радиусом метров в пять. То есть: вот, вход в склоне холма, а в десяти метрах от него – выход.

Понятное дело, что сантиметров семь-восемь я не докопал, просто в перемычке тоненькой проковырял стилетом несколько дырок, поэтому и всё, что происходило снаружи, видел и слышал.

– А где же ты, дружок, научился рыть такие хитрые ходы? – не удержался Ник от вопроса, а про себя подумал: «А мальчишка-то за время наших странствий здорово изменился, повзрослел. В Сан-Анхелино, когда в путь отправлялись, смотрелся пацаненком сопливым, а сейчас – молодой человек, жизнь уже повидавший.

Обычный, в общем-то, молодой человек, вот только невысокий, да и уши у него странные: большие, круглые, жёлто-лимонные, густо обросшие бурой шерсткой. Впрочем, шёрстку с ушей и сбрить недолго, если надобность такая возникнет…».

Джедди плечами пожал и ответил на этот вопрос с видимой неохотой:"

"– Я и сам не знаю, где и когда этому научился. Дремало, видимо, это умение где-то на уровне подсознания, до поры до времени. А тут образовалась безвыходная ситуация, вот, оно и проснулось…. Ладно, продолжаю по делу.