Дождавшись чуть заметного кивка от Берии, Бессонов напористо перешёл к делу:

– Пришла пора, товарищи чекисты, приступить к осуществлению запланированных ранее операций. Речь идёт о мероприятиях, закодированных нами как «Гранёный стакан» и «Зверёныш». Обстоятельства по «Корзине с яйцами» изменились, – закашлялся и испуганно покосился в сторону Берии, однако, быстро справился с собой и спокойно продолжил: – Конечно же, произошла определённая досадная задержка, связанная с финскими событиями, которые закончились совсем не так, как предполагалось. Впрочем, сейчас всё уже позади, будем, наконец-таки, начинать…

Специальный вагон, в котором находились только Ник, Банкин и их пять больших рюкзаков, негромко пересчитывал рельсовые стыки – синхронно с другими, обычными вагонами пассажирского поезда «Ленинград – Мурманск».

Сизый ещё полторы недели назад отплыл на сухогрузе «Феликс Дзержинский» – вместе с энным количеством кубов строевого леса, по направлению к порту Киль, откуда уже должен был направиться в Клагенфурт.

Прощаясь, Айна вручила Сизому костяную фигурку матёрого моржа, чтобы все Злые Тени, без исключений, разбегались с Лёхиного пути. Нику же, через неделю, подарила маленького белого медведя, вырезанного из голубовато-сиреневого халцедона, а Банкину – старую почтовую открытку с изображением знаменитого парохода «Союз».

– Этого медведя мой отец сделал ещё в молодости, – проговорила, грустно глядя Нику в глаза. – Это как у военных шевроны. У кого есть такой медведь, тот – настоящий шаман. Ты, командир, натуральный белый шаман…. А ты, Геша, – внимательно посмотрела на Банкина, – береги картинку с этим пароходом. Это правильный корабль, всегда в родной порт возвращается. Всегда – возвращается…"

"Ник распухшими, избитыми до крови пальцами прикоснулся к опознавательному значку группы «Азимут», прикреплённому к полевой армейской гимнастёрке – строго напротив сердца: профиль товарища Сталина, а чуть ниже – золотые буковки «НКВД».

Опять он был в деле, снова начиналась Большая игра!

С того памятного визита Берии прошло уже полтора месяца, и почти всё это время они с Банкиным провели на озере Ястребином, где под чутким руководством инструктора Епифанцева осваивали азы скалолазания. Ник не строил иллюзий: стать за такой короткий срок приличным альпинистом совершенно невозможно, но теперь он был полностью готов – пусть и к неуклюжему, но действенному спуску к Сейдозеру.

В трёх рюкзаках из пяти находились прочные верёвки, карабины, крючья, надёжные ледорубы, специальные ботинки с острыми шипами, прочее горное снаряжение, в том числе – изготовленное по его собственным чертежам.