Рита блеснула изумительно красивыми, изумрудного оттенка глазами.

– Война! Хотя ты ее уже проиграла, потому что Брендон принадлежит мне.

– Но живет со мной, под одной крышей, по ночам мы ложимся в одну постель, причем не всегда лишь для того, чтобы спать. – Когда Кора произнесла это, перед ее внутренним взором молнией сверкнул один момент из минувшей ночи – она сама в объятиях Брендона.

Вероятно, Рита что-то такое прочла в ее глазах, потому что слегка переменилась в лице.

– Обещаю тебе, дорогуша, что остаток своей жизни ты будешь лишь тешиться воспоминаниями, а спать с Брендоном и пользоваться его деньгами стану я!

Кора сокрушенно покачала головой.

– И почему мне кажется, что главным для тебя являются все же деньги, а не сам Брендон?

Она надеялась, что Рита выкажет хотя бы тень смущения, однако ничего подобного не произошло. Та снисходительно усмехнулась, после чего довольно грубо заметила:

– Всех твоих мозгов не хватит, чтобы меня понять. Ты родилась в такой семье, где думали, как бы выгоднее вложить капиталы, чтобы они принесли еще больший доход, а не о том, как заработать на кусок хлеба. Так что не тебе меня стыдить, золотце.

У тебя даже детей нет!

Вероятно, на этот раз Рита надеялась смутить Кору, но та неожиданно встрепенулась.

– А у тебя есть?

Рита недоуменно нахмурилась.

– Что?

– Ну, ты утверждаешь, будто родила от Брендона дочь. Но это одни слова. Где ребенок?

Ноздри Риты гневно раздулись.

– Если ты что-то задумала против моей девочки, я тебя своими руками…"

"– Угомонись, речь не об этом! – усмехнулась Кора. В голове же ее пронеслось: однако странные фантазии приходят Рите на ум. Впрочем, возможно она судит по себе.

– Тогда о чем?

Кора прищурилась.

– Где доказательства существования ребенка?

Только сейчас Рита наконец сообразила, в чем дело.

– Это ты к чему клонишь? – сердито засопела она, по-видимому задетая за живое. – Думаешь, никакой дочери у меня нет?

Кора пожала плечами.

– Откуда мне знать? Я тебя вижу второй раз в жизни.

– Второй раз? – Рита принялась суетливо открывать свою сумочку. – Второй раз… Вот на, полюбуйся! – Она достала бумажник, выдернула оттуда фотографию и сунула ее Коре под нос.

Изображенную на снимке Риту та узнала сразу.

Там же была запечатлена девочка лет трех-четырех, настолько очаровательная, что действительно больше походила на ангелочка, чем на обычного ребенка. И это являлось своеобразным подтверждением факта, что Рита действительно мать малышки – красота обеих была бесспорна.

– Что, убедилась?

Кора вздохнула.

– Да, но… сходства ребенка с Брендоном я не вижу.

– Тем не менее оно есть! – Рита забрала фотографию и вложила в специальное отделение бумажника. – Просто ты не желаешь его видеть, потому что тебе это невыгодно.