Неожиданным образом это настолько подчеркнуло красоту и выразительность его синих глаз, что Коре пришлось сделать над собой усилие, чтобы не выдать внезапно охватившего ее волнения.

А ведь он даже не догадывается о том, как сильно я его люблю! – с горечью подумала она. Наверное, считает, что меня, как и его самого, в наших отношениях интересует прежде всего секс.

Разумеется, в этом тоже содержалось зерно истины, однако Коре порой казалось, что она даже согласилась бы частично отказаться от доставляемого Брендоном наслаждения, только бы он наконец полюбил ее по-настоящему.

И нужно сказать, что подобная жертва была бы не такой уж и маленькой. Брендон был искусным любовником. В свое время он сумел найти к Коре подход, пробудил в ней чувственность и многому научил. В его объятиях Кора забывала обо всем на свете.

В их совместной жизни не раз случались моменты, подобные этому, когда Кора могла открыться Брендону, но у нее скорее отсох бы язык, чем она первой призналась бы собственному мужу в любви. Это был вопрос принципа. По общепринятым правилам сначала мужчина произносит определенную любовную формулу, а уж потом женщина ему отвечает.

Или не отвечает. Но первый шаг делает он – таковы традиции. Можно сколько угодно спорить о том, стоит ли их соблюдать, а также об относительности общественных установок, но для большинства женщин все вышесказанное до сих пор имеет значение. Не являлась исключением и Кора.

Поэтому она лишь плотно сжала губы и направилась в свою гардеробную комнату – их было две, для каждого из супругов.

– Наконец-то ты приехала, – обронил Брендон нейтральным тоном, просто констатируя факт.

– Сколько у меня времени? – спросила Кора, стаскивая платье через голову и вешая на плечики.

– Минут десять.

– Ну нет, так не пойдет! Я должна освежиться под душем.

Брендон пожал плечами.

– Хорошо, двадцать.

На миг задумавшись, Кора кивнула."

"– Постараюсь уложиться. Хотя, по-моему, спешка теперь ни к чему: во-первых, мы все равно опоздали, а во-вторых, ты ведь предупредил Шарон и Патрика, что мы задерживаемся?

– Да, но все равно нехорошо заставлять людей ждать. В деловой среде подобное не принято, да и вообще я как-то к этому не привык. Поэтому все-таки поспеши, дорогая, ладно?

Кора вздохнула.

– Да, дорогой.

Затем как была, в одном лифчике и трусиках, босиком пошлепала в ванную.

Долго ждать Брендону не пришлось. Спустя всего четверть часа Кора уже стояла перед зеркалом в элегантном светлом платье, классических туфлях-лодочках и с вечерним макияжем. Уложив свои каштановые локоны в узел и закрепив их на макушке, она взглянула на Брендона.

– Я почти готова!

Тот обежал ее взглядом.

– Почти?

– Осталось застегнуть молнию на спинке платья, но мне самой неудобно.