— Но, милый мой, я не могу назвать настоящим бойцом того, кто еще ни разу не выступал на арене. Вы и сейчас изрядный кулачный боец, ловкий боец, скажу я. Но этого еще мало. Когда-нибудь мы соорудим для вас маленькое состязание и тогда посмотрим, что вы в состоянии сделать с серьезным противником.

— Я давно мечтаю надеть боевые перчатки, — смутившись, признался юноша.

— О, я знаю, что у вас львиное сердце, — одобрительно произнес Скин.

Но ученик слишком часто слышал этот комплимент в устах своего наставника, постоянно льстившего самолюбию учившихся у него джентльменов, желая искупить тем неумеренные потасовки, которыми он их награждал. Поэтому юноша недоверчиво посмотрел на него и недовольно промолчал."

"— Пока вы давали урок капитану Ноблю, — продолжал Скин, — сюда приходил Сэм Дюскет из Милтауна. Сэм ведь недурной боец. Что вы думаете о нем?

— Я невысокого мнения о его искусстве. Он подкупен, как вы знаете.

— Это общий грех нашей профессии. Но об этом нечего говорить, — сурово заметил Скин. — Человек не становится менее умелым боксером от того, что он подкуплен. Сэм Дюскет побил Эбона Мюллея в двадцать минут.

— Да, Дюскет, — презрительно ответил ученик. — Но что такое Эбон Мюллей? Негр, старая развалина под шестьдесят лет, пьяный семь дней на неделе и продающий победу за стакан водки. Дюскет должен был бы побить его в двадцать секунд. Дюскет не знает хороших приемов.

— Не знает, это верно, — согласился Нед. — Но у него сноровка хорошего бойца.

— Э, старая история! Если кто-нибудь порядочно боксирует, про него говорят, что он знает приемы, но недостаточно тренирован. А когда малый не умеет отличить правой руки от левой, его хвалят и говорят, что хотя он и не учен, обладает хорошей сноровкой.

Скин со скрытым уважением посмотрел на своего ученика, замечания и слова которого часто казались ему равными по мудрости мыслям самой госпожи Скин.

— Сэм, действительно, говорил сегодня что-то в этом роде. Он говорил, что вы молокосос и что он живо разделался бы с вами, если бы пришлось встретиться на арене.

Ученик свистнул.

— Я хотел бы услышать, как Сэм Дюскет говорил это, — сказал он угрожающе.

— А что бы вы сделали ему? — подмигнул Нед.

— Ему бы не поздоровилось, ручаюсь вам за это.

— Ну, скорее уж он проглотил бы вас.

— Он охотно бы так поступил, если бы мог. Он с удовольствием проглотил бы и вас, если бы ему удалось только насыпать вам соли на хвост. А хвастается он потому, что у меня нет денег, пятидесяти фунтов залога, которые Сэм требует в качестве приза за победу, если она будет на его стороне.

— Нет денег! — возмутился Скин. — Раньше середины завтрашнего дня будут пятьдесят фунтов у человека, за которого я ручаюсь.