Вы все же женщина серьезная, так что давайте по-деловому… Вы отсюда можете и в наручниках выйти, честно предупреждаю сразу.

– А имеете право?

– Дарья Андреевна… – поморщился он. – Давайте без ребячества. Конечно, имею. Вы сами прекрасно понимаете, по обвинению в нарушении какой статьи УК вас можно немедленно задержать…

– А если нет? – серьезно спросила Даша. – Если не представляю?

– Господи… Причастность к перевороту.

– Это что-то новенькое, – сказала Даша искренне, ничуть не притворяясь дурочкой. – А с какой стати?"

"– А с такой, что вы сидите здесь и преспокойно лопаете коньяк, почитываете Бушкова и гоняете чаи.

В то время как должны по приказу непосредственного начальника мчаться в Москву со всеми материалами, недвусмысленно уличающими конкретных путчистов… Не делайте изумленных глаз, вы, уверен, мгновенно все просчитали и поняли, как тщательно вас вели… Ваше поведение, согласитесь, дает повод для серьезнейших подозрений… Не собираетесь же вы в одиночку противостоять операции «Гроза»? Интересно, вы уже раскопали, что она начнется не десятого, а через пару часов?

– Раскопала, – сказала Даша.

– В таком случае ваше поведение напрямую свидетельствует о причастности… Правда?

– Правда, – сказала Даша.

– Хотя, с другой стороны, я готов прозакладывать голову, что вы ни в коем случае не замешаны… – Он отодвинул хрупкую чашку. – Вот и получаются у нас две взаимоисключающих версии. Знаете, Дарья Андреевна, больше всего на свете я не люблю непонятного. Сейчас вы мне непонятны. Категорически непонятны. Эту загадку необходимо моментально распутать. У меня нет времени играть с вами по всем правилам.

Либо вы изложите свои, непонятные мне мотивы, либо придется вас прихватить с собой… Не сверкайте глазами, я ведь не дите обижаю… Итак?

– Можно встречный вопрос? – спросила она. – Вы уж тоже отнеситесь к нему предельно серьезно, от этого многое зависит… Что вам нужно – героически подавить путч во всем блеске, с превеликим шумом и штабелями поверженных мятежников, или тихонечко, без всякого шума придавить сапогом головешку?

Он ухмыльнулся:

– Вы даже не поинтересовались, а не причастен ли я сам к операции «Гроза»…

– Не причастны, – сказала Даша.

 – Всегда есть мотив и определенные свойства характера… Я о вас наслышана, вы же человек с невероятно имперскими замашками, люди вашего склада могут быть замешаны в любой пакости, кроме сепаратистского мятежа в глухой провинции…

– Ну, спасибо.

– Вы не ответили. Лавры победителя вам нужны или потухшая головешка?

– А если совру?

– А как насчет слова офицера, данного при двух подчиненных?

– Ах, Дарья Андреевна, влюбился бы я в вас безответно, не будь вы столь круты… Хорошо.