Еще и какой-то Феликс, чтоб его черти слопали. Почему-то в голове лишь всплыл образ неизвестной никому птицы Феникса, причем с двумя перьями на хвосте и смешным хохолком на голове.

— Поехали, — первый сделал шаг вперед, резко схватил меня за руку и потянул.

— Эй, аккуратнее, — я-то сопротивлялась, пыталась даже вырваться, но тут подоспел третий, который хранил все это время молчание.

Чуть ли не от земли оторвали, закинули на заднее сиденье внедорожника и уселись по краям.

Верещать «помогите», если ты не оперная певица, здесь бесполезно — можно только проблем нажить. Ха! У меня и так они уже есть.

“Приплыли”, — единственное, что я успела подумать, как автомобиль резко сорвался с места.

Вроде и не страшно (ну что они могут мне сделать, мы же не в каменном веке), но все равно по спине холодок пробежал.

А если все-таки не за проститутку приняли, а действительно по мою душу? Именно меня поджидали, и теперь…

“Ну, спасибо, “любимый” родственник” — мысленно злилась, проклиная этого самого нерадивого родственника на чем свет стоит. Свалился на мою голову, как снег в середине лета, теперь вот неприятностей можно отхватить по самое не могу.

В лихие девяностые я была еще маленькой и глупой девчонкой, но много чего слышала. Когда постарше стала. Например, как паяльником людей пытали. Или еще что похлеще.

А если мне пальцы начнут рубить или ногти плоскогубцами вырывать, а после присылать моему родственнику по почте, чтобы сговорчивее стал? Ох, что сейчас будет!

Не знаю, сколько времени прошло, но напугала я себя сильно. Руки дрожать начали, я старалась их чем-то занять, чтобы амбалы не видели. Даже не вникала в разговоры — что интересного они мне могут поведать? Лишь в себя пришла, как услышала грозное над ухом:

— Приехали, красавица.

Голову подняла и резко выдохнула. “Сауна” — гласила ярко светящаяся надпись. Если и хотят мне палец отрубить, то явно попозже, а пока…

— А ты какой-нибудь другой комплимент, кроме “красавица”, знаешь? — поинтересовалась у амбала, когда из внедорожника вылезала. Надо же, даже руку подал, правда, потом схватил за нее, дернув на себя.

— Могу уродиной звать, — мужчина толкал меня вперед, чуть ли на ноги не наступая.

— Чего сразу злиться, я же так, — сделала паузу, повернув голову слегка назад, пока дверь амбал открывал. — Исключительно разговор двух интеллигентных людей поддержать.

— Больно умная, да? — скривился мой конвоир, а я в ответ лишь в улыбке расплылась.

А что, раз влипать в неприятности, так с улыбкой на лице. Толку дрожать как осиновый лист. Все равно ведь не отпустят, а мне стало дико любопытно — что будет дальше.