Как бы ни боролся здравый смысл с чувствами… Серьезно, с чувствами? Да какие к черту чувства, если меня посчитали шлюхой?

Оставить пора всю эту лирику — ничего хорошего из этого все равно не выйдет. Я скомкала три бумажки с изображением Франклина и швырнула их в салатницу.

Уйти и забыть… Нет, это слишком просто.

Так меня еще никто не унижал — мало я выместила всю обиду. Знаю, что сама хороша, но это уже перебор.

Ублюдок, гад, сволочь, подонок — практически пустая бутылка коньяка полетела в стену, оставляя после себя груду разбитого стекла на полу и подтеки на деревянной панели. Вроде и полегчало, но не сильно. Что ж, моя бурная фантазия, не подведи.

Нашла на полу острый осколок — по вагонке, которой отделана комната, должно хорошо пройти.

Наверное, в тот момент я походила на сумасшедшую, но с особым удовольствием, наслаждаясь этим скрипом, выцарапывала на стене одно слово. Но упорно и большими буквами.

КОЗЕЛ…

И это меньшее, что я могла сделать. А после своих художеств я запустила еще в стену несколько тарелок, взятых со стола — практически шедевр абстракционизма. Я осталась довольна собой, хоть эти действия и не выжгли до конца все унижение, которое мне пришлось испытать несколько минут назад, когда деньги на столе увидела.

Сволочь! Ублюдок! Черт, так вывел меня из себя, что повторяться начала. Я даже представила, как Феликс бросает на стол деньги, достав их из кожаного портмоне, которое стоит явно больше трехсот баксов. На тебе, получай — единственный стакан тоже полетел в стену. А следом за ним пепельница с окурками — теперь я точно выплеснула весь негативный пар, который накопился.

Когда я вооружаюсь новой тарелкой, раздается неуверенный стук в дверь. Надо же, какая прелесть — соглядатаев оставил.

— Войдите! — закричала и все-таки запустила тарелку с мясной нарезкой в стену.

— Извините, — появилась в дверном проеме голова паренька. — Вам такси?..

Он посмотрел на мою картину не маслом, а продуктами. Протянул что-то вроде: «Эм-м… а-а-а», нервно сглотнул, но удалился.

А я резко выдохнула, понимая, что пора прекращать этот цирк. Вот же меня пробрало, однако.

Ведь сама осталась здесь по доброй воле, а теперь… Черт знает, из-за чего меня так накрыло.

Подхватила сумку и вышла из комнаты отдыха. Паренек, который заглядывал, смиренно подпирал стеночку, но, увидев меня, немного приободрился:

— Такси?.. — спросил неуверенно, зачем-то повторяясь, на что я все равно скривилась.

— Такси не помешает, — кивнула в ответ, понимая, что именно сейчас не время проявлять независимость.

Особенно учитывая тот факт, что адреса я не знаю. И паренек удачно подвернулся под руку, так как мне очень срочно надо попасть на работу.