Пулемет стрекотал почти без пауз, и на этом фоне гулко ухали взрывы ручных гранат.

— Интересно, кто успеет раньше. — Ник, не отрывавший взгляд от монитора, увидел, как главарь шагнул вперед, и, не раздумывая, выскочил на крышу, успев подхватить автомат.

Так быстро он еще никогда не ползал. Перебирая руками, словно краб, он быстро добрался до угла и, подняв автомат, осторожно выглянул из-за бортика.

Потерявший всякий страх агрессор стоял в переулке, полагая, что защитники дома его не видят, и что-то объяснял четырем мужчинам в легкой броне, а Ник прильнул к прицелу.

Целился он не в людей, а в точку под их ногами, потому что ноги всегда были защищены хуже остального тела, а ему было достаточно вывести их из строя. Такому способу стрельбы его научил один сержант в военной полиции, и теперь Ник мог наглядно видеть эффект от такого выстрела. Взрыв разметал людей, словно дрова, и, мгновенно перезарядив гранатомет, он успел засадить еще раз в копошащуюся кучу.

Плечо обожгло словно кипятком, и, гася боль волевым импульсом, сержант развернул автомат и встретился взглядом со стрелком на крыше дома, стоявшего буквально в ста метрах.

Уже не надеясь выжить, он довернул оружие и нажал на спусковую клавишу.

Ответная пуля ударила ему точно в стекло шлема, отбросив голову назад так, что Ник чуть не прикусил язык. Вторая ударила в районе ушного щитка, расколов шлем, но пуля, потерявшая силу, до головы уже не дошла. Ник упал за барьер и, тяжело дыша от боли, застилавшей сознание, проводил взглядом отлетающий в сторону искореженный автомат, начал сдвигать непослушную руку к модульной кобуре, где у него был тяжелый пистолет. Ухо, которое сквозь трещину в шлеме приятно холодил ветерок, донесло до него звук сминаемой крыши.

Видимо, боевик перепрыгнул разделявшее дома пространство и сейчас находился на соседнем доме.

Рука добралась до кобуры и, словно чужая, царапала пластик, сдвигая фиксатор. Оружие наконец освободилось, и Ник, стараясь не делать резких движений, вытащил пистолет."

"Едва слышный шелест летящего тела словно влил в Ника новые силы, и он вскинул ствол. Дробная очередь, которой он встретил прыгнувшего к нему на крышу, не дала боевику возможности сделать выстрел в полете и развернула боком, куда вошли еще две пули.

Остаток обоймы сержант всадил в уже лежащее и истекающее кровью тело, рухнувшее на площадку, словно куль с песком.

Последнее, что Ник увидел, перед тем как вырубиться окончательно, это заходящий на посадку тяжелый глайдер с эмблемой флотской разведки.

Госпиталь разведывательного управления флота был заведением, которое совершенно не желало держать у себя пациентов, поэтому после трех часов в лечебном коконе и проверки глазных имплантов Ника отпустили на все четыре стороны.