Стандартная схема — один предлагает сыграть «по маленькой» с товарищем, и «садится на уши» тебе на протяжении всей игры, отвлекая и создавая атмосферу дружбы и полного доверия. Столкнулся я с этим впервые, и было бы очень интересно посмотреть всё это в исполнении господ офицеров, но статус турнира не позволял заниматься такими вещами.

— И?.. — я обозначил свою заинтересованность.

— Разыгрываем тысяч пять-десять, но вы должны дать фору! Володя-то пьяный! — заявил он.

— Как будто я в него эту водку заливал! — хмыкнул я. — Какую фору? — я сделал вид, что заинтересовался ещё больше.

— Девять-семь, не меньше! — ответил Харитонов серьёзно.

Я же достал телефон и сказал:

— Сейчас гляну, сколько денег у меня на карте. — а сам, краем глаза принялся наблюдать за реакцией офицеров.

Они переглянулись, на лице Харитонова появилась совершенно трезвая хищная улыбка — лох заглотил наживку. Я заблокировал телефон и убрал его в карман, после чего обратился к Паршину, больше не обращая внимания на Харитонова:"

"— Владимир Ильич, мы играть-то будем?

Он вылупился на меня, не понимая, что происходит, отработанная схема дала сбой.

Опять вмешался Харитонов, который должен был мне напомнить в очередной раз, что все мы здесь друзья:

— Алексей Александрович! Мне казалось, что мы договорились?

— При всё моём уважении, Дмитрий Юрьевич! — усмехнулся я. — Вы кто?

— Как кто? — не понял он.

— Вы участник турнира?

— Нет. — он продолжал смотреть на меня недоумённо.

— Тогда не мешайте нам играть. — я вновь повернулся к Паршину.

— Но позвольте!.. — Харитонов не унимался.

— Дмитрий Юрьевич, в любое время и в любом удобном месте я готов дать вам удовлетворение! — спокойно сказал я.

 — Но сейчас я занят исключительно господином Паршиным. Я понятно выразился?

Харитонов посмотрел на меня зло, но ничего так не ответил.

Оказалось, что Паршин действительно очень неплохо играет на бильярде, но недостаточно — первую партию он проиграл со счётом четыре-восемь. Во второй партии подключилась тяжёлая артиллерия в виде Харитонова и Ильина, которые, под видом пьяных, начали ходить вокруг стола и комментировать каждый мой удар.

— Штраф! — заявил мне Ильин, когда я, в очередной раз, ударил по шару.

 — Вы, князь, задели своей красивой жилеткой шара!

— И я видел! — поддержал товарища Харитонов, а Паршин усмехнулся.

— Господа! — я сдерживался из последних сил. — Вы не участвуете в игре, сядьте на место и не вмешивайтесь! И никакого штрафа не было, этот шар вообще стоял в стороне!

— Штраф, князь! — продолжал усмехаться Паршин. — Я тоже видел!

— Хорошо. — кивнул я. — Штраф, значит штраф. Снимайте шара, господин Паршин.

— Вы так любезны, князь! — ухмыльнулся он.