– Я старательно изображала жестокого профессионала.

– Но у меня дела, – растерянно ответила Ольга, – до часу дня ни минутки свободной.

– Говорите адрес поликлиники, сама подъеду.

– Только не на работу, – испугалась Фуфаева, – давайте в четырнадцать ноль-ноль на Кутузовском проезде, дом девять. Около него скамеечка стоит, там и встретимся.

– Отлично, – согласилась я и ринулась собираться.

Сначала отволоку Кирюшку в школу, потом поеду на Кутузовский проезд.

– Можно, я с вами? – прошептала Магдалена, выходя на кухню.

– А кто твоего папеньку сторожить будет? – хмыкнул Кирюшка.

Магдалена сильно побледнела.

– Я его боюсь, он дерется, когда с похмелья мучается, заставляет деньги давать на водку.

Мне стало жалко девочку.

– Давно Юрий пьет?

– А всегда, – ответила Магдалена, – папа запойный, недельник.

– Это как? – заинтересовался Кирюшка.

– Просто, – пояснила Магдалена, – семь дней квасит, остальное время до конца месяца – трезвый. Сейчас почему-то в длинный запой вошел, может, из-за пожара?

– Тебе придется остаться, – вздохнула я, – где-то в районе обеда приедет Лизавета, вам будет веселей вдвоем.

– Я боюсь…

– Не надо, Юрий крепко спит, доктор пообещал, что он проснется только вечером, трезвый!

– Хорошо, – прошептала девочка, – как скажете.

Мне стало совсем не по себе. Бедная Магдалена абсолютно сломлена, у нее нет никаких сил, чтобы сопротивляться обстоятельствам.

– Ты ложись в саду на раскладушку, – предложила я, – возьми вот эти вкусные конфеты, книгу и спокойно жди Лизу.

– Хорошо, – прошелестела она и покорно протянула руку за коробкой шоколадок.

– Послушай, – сердито сказал Кирюшка, – оставь в покое набор.

Магдалена отдернула руку и затравленно посмотрела на мальчика. Я обозлилась донельзя, вот уж совершенно не ожидала от Кирюшки такой зловредности.

– Как тебе не стыдно! Магдочка, бери, бери конфетки.

Девочка вновь нацелилась на коробку.

– А ну не трожь! – гаркнул Кирюша.

– Прекрати! Пожалел конфет для девочки! Это отвратительно! – не выдержала я. – Магдалена, немедленно бери шоколад!

– Ну нельзя быть такой лапшой переваренной, – завопил Кирилл. – Лампа, Магдалена терпеть не может сладкое, шоколад, зефир, мармелад вообще не ест!

Я растерянно посмотрела на девочку.

– Но почему ты мне не сказала об этом?

– Вы же приказали мне взять коробку, – прошептала она.

– Вот! – констатировал Кирик. – Любуйся, Лампудель, перед тобой редкий случай слишком воспитанного ребенка! Боится слово сказать! Ты о таких детях мечтаешь, когда говоришь нам с Лизкой, чтобы брали пример с Магды?

Иногда своими бесцеремонными вопросами Кирюшка ставит меня в тупик.

– Сделай одолжение, Магда, покорми собак, – я решила перевести разговор на другую тему.