Да и разумно, почему нет?

Но в данный момент Захар целиком сосредоточился на ином — она не врала и не лукавила! Он это точно знал, на все сто процентов! Когда говорила вслед за ним, что в ней нет ничего красивого или уникального… Вот только, в отличие от самого Захара, это утверждение никак не относилось к девушке, сидящей напротив и протягивающей к нему трясущуюся ладонь!

— Когда, говоришь, ты перестала видеть, Лэля? — мягко усмехнулся он, чуть наклонившись вперед и… вопреки собственному намерению, логике и всем ощерившимся инстинктам, позволяя этим тонким и холодным пальцам, дрожащим от неуверенности и видимого смущения, коснуться его кожи.

Обожгло!

Внутри грудной клетки полыхнуло ревущим пламенем, отзываясь на мягкое соприкосновение кожи.

Усилием справился, чтоб не вздрогнуть. Но отторжения нет… Наоборот! Удивленно впился взглядом в растерянное лицо. Девчонке опыта не хватило, чтоб скрыть реакцию. Ошеломило и ее.

Как вспышка молнии. Непонятно. Ведь не впервые касаются друг друга… Но это прикосновение было воспринято им совершенно иначе, по-новому… На затылке волосы дыбом встали, топорщась, будто шерсть у диких животных на загривке. Совсем странно и дико оскалиться захотелось. Под кожей как ток по всем нервам!

Какого беса?! Как на линии огня снайперов противника, все инстинкты на пределе. Лезет из-под разумного и цивилизованного все то, что привык на гражданке куда больше прятать и контролировать.

Втянул беззвучно воздух через нос, принюхиваясь, на секунду потерявшись в многообразии ароматов. Прикрыл глаза, возвращая власть над собой, позволяя ей делать то, что девушка считала нужным.

Внезапно ослепнуть — тяжело. Можно было понять ее страх и попытку хоть как-то вернуть себе «обзор» ситуации и понимание мира.

Однако Лэля не торопилась, сама будто застыла, неотрывно глядя на него своими незрячими очами… Их взгляд даже его обездвижил. Словно в самую душу заглядывала, видя больше, чем любой другой живущий. И ее пальцы недвижимо остановились на лице Захара, обжигая, хоть и были холодными.

Откашлялся. Припомнил, о чем там говорить начинал… Прямо ведьма она, не иначе… по-хорошему, без злости. Как приворожила, колдунья! Ум за разум завела.

А ему рассмеяться охота от непонятного, едва выносимого, словно с неба рухнувшего счастья в душе! И еще…

— Уверена, что ранее глаза не подводили тебя? Или ты в зеркало не заглядывала, Лэля? — кажется, всем телом ощущая ее робкие, почти невесомые прикосновения к своим скулам, чуть улыбнулся, вынужденный признать, что приходится прилагать усилия, создавая видимость спокойствия… И сдерживаться, не прижимаясь сильнее к ее рукам, чтобы самому не перехватить ее ладонь, придавив к своей коже так, что и миллиметра не останется между ними.