И Зоряна сделала свои выводы, приняла тебя без оговорок и условий. Она знает тебя настоящего, не боится, потому что не глазами смотрела, знакомясь, не на чьи-то советы или мнение опиралась, а своим сердцем тебя приняла и узнала. Так перестань сомневаться в той, которую сам при всех назвал женой. Или настолько торопился с этим, опасаясь, что убежит, когда лучше познакомитесь? — лис не мог смеяться, но у Захара сложилось стойкое убеждение, что над ним потешаются.

Впрочем, во сне другие правила и законы, даже лисы могли тут поднять курам на смех, видимо.

И, что верно, сейчас, в подобном изложении, его вечные сомнения и опасения действительно казались не глобальнее детских страхов перед стоящим за дверью «неведомым» коромыслом. Такими же смешными и забавными, нелепыми. Как ни старался и не крутился Захар, все равно срывался же, а Зоряна его характер и весь темперамент ощутила, через себя пропустила. Но не убежала, сейчас вон, крепко за руку держит, хоть и не видит ничего, не слышит, а ему верит даже в этом мороке сонного царства."

"И ведь боялся, да. Слишком часто привык встречаться с непониманием чужих. Чересчур глубоко укоренилась убежденность, что только такую реакцию у любого человека и может вызвать. Тем горше было бы отторжение в глазах и сердце Зоряны ощутить, так молниеносно ставшей для него драгоценной и самой близкой. Ее ведь всю жизнь ждал!

— Я понял… — признал он, испытывая вообще непривычный смущенный стыд за то, что так долго цеплялся за свои комплексы, будто точно пацан, которому глаза на мир открыли. — Спасибо! — искренне поблагодарил, в полной мере оценив дар рода и предков.

Лис склонил морду к тропинке, вновь поднял на Захара, словно принюхиваясь, втягивая воздух. Набок голову повел. Кивнул, приняв эту благодарность? Захар не успел разобраться, когда с ними заговорили вновь. Теперь уже точно с обоими.

— Вместе пришли или каждый свое ищет?

Он крепче обнял Зоряну, ощутив, как любимая вздрогнула от неожиданности, услышав голос. Да и в темноте, наверняка, она так не видит.

— Вместе…

Как ни странно, несмотря на это все, их голоса прозвучали синхронно. И, ладно, он вновь мог поклясться, что лис усмехнулся. Но Захар в этот момент больше любимой гордился, что не отступила и не растерялась. И от него не отреклась.

— Справжнє подружжя*? Хорошо, это правильно, — скорее констатировал, чем спросил голос. — Идите тогда, что встали на пороге? Вам еще до моста добраться нужно, — и лис юркнул за один из валунов, между которыми тропа пролегала, теряясь во мгле и тумане.

— Захар? — Зоряна вроде оглянулась, как его разыскивая и не видя. Покрутила головой. — Темно, — пожаловалась.

Ей в темноте тяжелей.