Норман не сдержал короткой улыбки, а затем указал на противоположный берег:

– Там начинается национальный парк. Вообще-то, на самом деле в Ирландии почти нет лесов, вы знали?

Кэл весело ухмыльнулся:

– Зачем нам это знать, если ты сейчас все нам расскажешь?

– А вот и расскажу, – кивнул Норман, и Джемма, опираясь одним локтем на ограждение, повернулась к нему, чтобы послушать. – Ирландия – единственная страна в Европе, уничтожившая все свои леса. Точнее, до восемнадцатого века остров почти полностью был ими покрыт, но потом в дело вступила старая добрая промышленная революция. Так что срубили все, до чего дотянулись.

– Не, погоди, – не поняла Джемма. Она кивнула на лес: – А это что тогда такое?

Норман рассеянно поправил очки. По жизни он напоминал что-то среднее между профессором философии и музейным работником: все эти пальто, джемпера, очки, пятна от кофе и развязанные кроссовки делали из него почти сериального персонажа. Джемма в нем это обожала. Еще Джемма обожала умника за то, что он мог цитировать на память все, начиная от инструкции по сборке кухонного шкафа и заканчивая «Молотом ведьм»… со ссылкой на нужную страницу.

– К началу двадцатого века на острове остался один процент от всех лесных массивов. – Сериальный персонаж обстоятельно кивнул. – Я серьезно. И он, этот один процент, прямо перед вами. – Выставив пятерню в сторону берега, он произнес: – Та-дам. Национальный парк Килларни. Внесен в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

– Значит, – огорченно вздохнул Кэл, – все-таки не лес Злобных Ведьм, да? Обидно.

Джемма разглядывала берег. Национальный парк Килларни, значит? Уже лучше. Если ты приезжаешь на дело, где есть особенно древний лес, шансы на то, что с ним связана какая-нибудь чертовщина, резко возрастают.

– …Но сейчас дела обстоят не так плохо. Слава зеленым активистам! На сегодняшний день где-то десять процентов острова могут похвастаться лесами, и…

Джемма остановила его ладонью:

– Что, если Купер ушел туда?

– Я думал об этом, – тут же перестроился Норман, подходя к ним и снова доставая телефон. Полистав что-то в браузере, он показал экран. – Проблема в том, что Килларни просто огромный. Он бы не смог уйти далеко пешком. А даже если бы он где-то в этой глуши нашел машину, внутри парка нет никакой инфраструктуры, это дикое место. Мы понятия не имеем, куда он мог направиться.

На карте, которую показывал Норман, национальный парк обозначался сплошной зеленой заливкой. Переключив в режим спутника, Джемма попыталась найти что-нибудь из того, чего в Америке в национальных парках всегда навалом: туристическую базу, отель, парковку, да хоть что-нибудь. Но Норман оказался прав: дикое место. Ничего тут не было.