Надо ещё как-то будет его отмыть и одежду в порядок привести. Я даже не был уверен, что этот чернозём отстирается. Так мы и пошли в лагерь.

В это время девчонки из нашего отряда тоже не спали. Среди них нашлись самые смелые, которые решили выйти в ночь и дойти до уличного туалета. Чтобы увидеть чёрного-чёрного мальчика. У них тоже свой спор возник. Взяв несколько рулонов туалетной бумаги, они выдвинулись. Когда девочки подходили к туалету, с противоположной стороны к нему приближались мы. Вовка шёл первым. Я же высматривал чёрного-чёрного мальчика в темноте. Не хватало теперь ещё и его повстречать.

Как только я чуть расслабился и решил, что опасность миновала, в темноте раздался девчачий визг. Вовка как раз обогнул туалет и вышел первым из-за него под лампочку, висящую на углу туалета. Прямо навстречу девчонкам.

Если до этого они шли и перешёптывались, то в тот момент наступило секундное замешательство. Девчонки смотрели на Вовку, а он на них. Вовка даже что-то хотел сказать им, но в него тут же полетели рулоны туалетной бумаги, затем послышался топот ног. Девочки бежали и вопили: «Чёрный мальчик! Чёрный мальчик!»

Услышав это, мы с Вовкой тоже припустили.

Я решил, что они как раз встретили чёрного-чёрного мальчика и пустились наутёк. Мне же не хотелось ещё раз падать в обморок, так что я даже не пытался оглядываться. Ну и Вовка был со мной солидарен.

В корпус мы влетели через парадный вход. Не было ни времени, ни смелости обегать вокруг. Лучше уж вожатым попасться в руки, чем чёрному-чёрному мальчику.

Корпус орал и визжал на весь спектр голосов. Естественно, все проснулись. Девчонки бегали по коридору и кричали, что они встретили чёрного-чёрного мальчика.

Матрасиха пыталась их успокоить, а Алексей старался удержать любопытных ребят, которым тут же стало интересно посмотреть на чёрного-чёрного мальчика. До тех пор, пока внутрь не ворвался Вовка. И следом уж я.

Наступила секундная пауза. В полумраке помещения слышно было, как где-то летает и бьётся о стекло мотылёк. Десятки пар молчаливых глаз вылупились на Вовку. Убеждённая комсомолка Матрасиха принялась креститься в темноте, повторяя: «Свят-свят-свят». И тут снова девчонок прорвало. И только Алексей додумался повернуть выключатель.

Под лампой на общей веранде, щурясь от непривычно яркого света, стоял грязный с ног до головы Вовка и чуть позади него я.

И только тогда я сообразил, кого увидели девчонки в темноте у туалета. Чёрного-чёрного Вовку.

Матрасиха повела Вовку отмываться и отстирываться. Алексей всех разгонял по комнатам. Не успел он всех успокоить, как дверь на веранду снова открылась, и в проходе появился Сивыч.

– Что тут у вас происходит? – он стрелял глазами по сторонам. – Слышно даже у меня в корпусе.

– Вы не поверите, – ответил вожатый.