Испуганно открыв глаза, я уставилась на слегка заросший подбородок. В тот же миг мою правую грудь нагло погладили. Медленно опустив взгляд, увидела руку Хьюго. Он еще спал, но умудрялся и ткань ночнушки отодвинуть, и до сокровенного добраться. Извращенец!

Его пальцы чуть шевельнулось, задев внезапно ставший очень чувствительным сосок. И… я затаила дыхание. По телу разлились невероятно приятные ощущения. Снова посмотрев на Хью, ощутила желание коснуться губами его губ. Тихо прошептать: “Доброе утро”. И посмотреть, что он будет делать дальше.

Ох, так недолго и самой соблазниться на секс! Но такие, как мой муж, слишком быстро теряют интерес к женщинам.

Нет уж, я не собиралась быть для него очередной мгновенно павшей под натиском умелых рук! Облизнув губы, я осторожно поелозила, пытаясь выбраться из плена его объятий.

– Воробушек, тсс, – пробормотал он, крепче сжимая мою грудь. – Еще пять минут и подъем, обещаю.

– Совсем обнаглел? – спросила я. Хотела сделать это грубо, с напором, но вышло как-то иначе. Еще и с глупой улыбкой на губах.

– Эмма, ты такая нежная. – Он не открывал глаз, но обхватил мой сосок двумя пальцами, чуть его сжав.

И тут же отпустил. Я чуть не застонала… от разочарования.

Но вдруг этот наглец приподнялся на руках и оказался прямо надо мной, заявляя:

– Я помню, малышка. – Его губы оказались рядом с моими. У меня даже сердце забилось чаще от желания самой преодолеть микроскопическое расстояние до них.

Гордость? Что это такое? Не знаю…

– Ты такая строгая со мной, Эмма, – продолжал говорить этот гад, взглядом давая понять, что и сам мысленно давно продвинулся дальше разговоров, – и у нас контракт. Сколько дней осталось до секса, малышка?

– Месяц, – простонала я.

– Не-а. – Он все же тронул губами мой подбородок. Скользнул ими и… чуть прикусил кожу, давая волю толпе мурашек, радостно побежавших по спине и рукам. – Двадцать девять дней.

– Что? – Я утратила нить разговора.

– Я говорю, что уважаю твои… мм… желания.

Он поцеловал мою шею и – о боже! – потерся своим естеством об меня, чуть раздвигая при этом ноги.

– Эмма-а? – почти пропел Хьюго, целуя уже мое плечо, переходя к ключице и снова сминая руками грудь.

– Да, – простонала я.

– Хочу просыпаться так каждое утро, – неожиданно бодро сказал он.

Я поняла, что лежала, закрыв глаза. Распахнула их и увидела наглую самодовольную улыбку мужа.

– Солнышко, ты такая горячая, – сообщил он. – Скажи только одно слово, и мы продолжим.

– Нет!

Я заелозила, забарахталась. Хьюго со смехом откатился в сторону, дав мне возможность сбежать.

– Негодяй! – как-то не очень уверенно успела выкрикнуть я, выбегая из комнаты.

– Я больше не буду, – услышала вслед. – Но и меньше тоже…

Он снова рассмеялся.