И я решила продолжить сопеть в гладкую вкусно пахнувшую рубашку. И не говори потом, Ярослав, что я тебе не предлагала!

Тяжелая огаревская ладонь переместилась мне на голову.

— Слушай, какая-то ты неправильная красная женщина, — ладонь огладила голову, добралась до затылка и легла не шею. Стало совсем хорошо. — Где там твоя огненная магия?

Нечего мне на это было ответить. Нечего.

— Да и вообще, — рука Ярослав сползла ниже, на плечо. — Зима близко, а ты мне свитер не связала. Вот как свитер довяжешь, так и отпущу.

- Как в какой-то сказке, — пробормотала я. На меня вдруг навалилась сонливость. И сердце так убаюкивающе стучало мне прямо в ухо.

— Ты вяжи давай.

Это были последние слова, которые я услышала, перед тем как уснула.

— А я распускать буду, — тихо добавил Ярослав. Но это я уже не услышала.

***Следующий день наглядно продемонстрировал действие закона парных случаев. Ибо я снова преподнесла Ярославу в одном лице сюрприз и проблему имени себя любимой и своего самочувствия. То есть — я заболела.

И — нет, не с похмелья. У меня вообще с этим проблемы бывают редко. Хотя, если учесть начало нашего с Ярославом знакомства… Впрочем, он тогда не знал, что у меня накануне был загул, и тем вечером с бутылкой увидел меня впервые. А на следующий день…

А на следующий день я свалилась с простудой. Утреннюю головную боль приписала старикам Джеку и Джонни, умылась, выпила чашку кофе — завтрак не полез, и пошла нести в мир красоту. К обеду мне стало уже конкретно нехорошо, но я накатила порошка и жизнь вроде немного наладилась. Но ненадолго. Последних двух клиентов пришлось отменить.

Как я преодолела то небольшое расстояние, что отделяло торговый центр от «Березовой рощи», я не помнила. Меня бил озноб и голова от температуры одновременно раскалывалась и кружилась.

Дома я содрала с себя все, кроме трусов, закуталась в одеяло и собралась умирать. Херово было прямо очень. На белом потолке включили какое-то затейливое кино со светильником в главной роли. Тени от проезжавших машин и колыхающегося от сквозняка тюля превращались на потолке в коней, свиней и самолеты. Там было так много всего, а я одна…

Сквозь вязкость жара я услышала, как стукнула дверь. Как что-то спросил Ярослав, но ответить ему не могла — во рту пересохло. Я сбила с себя одеяло и потребовала пить. Пить мне Ярослав принес. Но это было только начало его испытаний. Даже, наверное — мучений.

***Первым, что я увидала утром, когда открыла глаза — был Ярослав. Он спал на полу в метре от кровати, подмяв под голову подушку и укрывшись махровой простыней.

Расклад, прямо скажем, неожиданный."

"Я села на кровати. Поймала одеяло, прижала к груди. Из одежды на мне по-прежнему были одни трусы. Состояние… Состояние — ну не в пример лучше, чем вчера.