Тут наши мысли совпадали, я и сама не горела желанием терпеть сэра Эмброуза дольше, чем это было необходимо.

– Едем или как? – поинтересовалась я по большей части все-таки у коня. – Учтите, томящаяся в башне принцесса моложе не становится.

Вторая часть предупреждения предназначалась уже рыцарю.

– Да кого интересует ее внешность?! Я бы женился на принцессе Миллисандре, даже будь она старой каргой.

Раскатисто рассмеявшись, сэр Эмброуз стегнул коня хлыстом. Тот понял, что от судьбы не уйдешь, и смиренно потрусил по дорожке. Я запрыгнула в ступу и полетела следом.

Мы углубились в лес. Несмотря на вполне дружественный пейзаж и отличную погоду, Люциус был недоволен. Он вновь завел любимую шарманку и принялся рассуждать, где бы он сейчас был, если бы остался в Турине.

Вот и что в нем девушки находят? Даже самой распрекрасной внешности не под силу компенсировать отвратительный характер. Ничего! Недолго осталось терпеть.

Пока я мысленно уже отмечала успешное доведение первого претендента на руку принцессы, герой добрался до места засады.

Разглядев, в каком виде нас поджидал Диво, я едва не вывалилась из ступы.

Актер дремучего театра раздобыл где-то настоящие яблоки и привязал их на ниточках к своим кривым, покрытым мхом ветвям. Его напарника Ольха пока не было видно, но я не сомневалась, что древень бдит и жаждет появиться на импровизированной сцене.

Стоило рыцарю подъехать поближе, как одна из ветвей фальшивой яблоньки опустилась пониже и сцапала коня вместе со всадником. Я подобное отклонение от сценария не одобрила и тихо выругалась. Конь мне нужен был целый, невредимый и во вменяемом состоянии. Мне же его еще продать надо!"

"Конь истерично заржал и забил в воздухе копытами.

Его горе-хозяин внезапно решил, что он птичка, и сиганул с двухметровой высоты. Я едва успела замедлить его падение, иначе, вместо того чтобы помахать платочком улепетывающему со страху рыцарю, мне бы пришлось вправлять ему кости. Конь продолжал ржать. Чтобы пресечь данное безобразие, я магией сорвала с лжеяблоньки фрукт и сунула коню в зубы. Ржание сменилось довольным хрумканьем. Рыцарь задрал голову, пытаясь рассмотреть среди ветвей утерянное имущество, и тут второй участник засады выбросил на дорожку еще один реквизит. Вид полуобглоданного лошадиного черепа, щедро политого томатной пастой, заставил меня согнуться пополам от смеха. Из ветвей отчетливо раздавалось громкое чавканье – заморенный голодом конь не терял времени даром и уничтожал реквизит.

– Колдуй, ведьма! Иначе и нас сожрут! – заверещал сэр Эмброуз.

Я выбралась из ступы; плечи все еще подрагивали от сдерживаемого смеха. На рыцаря без слез уже было не взглянуть. Клиент «дозрел», и его пора было «срывать».