Не станет такая изнеженная девица рисковать собственной шеей. И потом, комната ей понравилась. Сама заявила, что хочет в ней пожить. Еще бы я знала, кому принадлежит Черная башня и как быстро в ней объявится владелец.

– Листик, а Черная башня чья?

Услышав вопрос, домовой заметно вздрогнул.

– Не стоит ею интересоваться. Вот зачем тебе какая-то башня? Избушка намного лучше. И компания здесь приятненькая, и пожевать всегда что-нибудь найдется.

Я перевела взгляд на Захария. Волкодлак сначала сделал вид, что спит, а потом приоткрыл один глаз и проворчал:

– Любопытство сгубило кошку.

Иов оказался самым догадливым. Призрак печально покачал головой и тут же сдал меня:

– Наша Элли уже побывала в башне.

– Это ж когда успела?! – Листик от изумления подпрыгнул на месте. – Нам почто не сообщила?

– Вот считайте, что сообщаю.

– И принцессу ты в ней поселила? – ужаснулся Иов.

– Она сама напросилась.

Молчавшая до сих пор русалка едва не вывалилась из бочки.

– Что, так и сказала?

– Ну да. Хочет немного там пожить. А что не так? Башня уже занята?

– Пустая она, – просиял Листик. – Пусть твоя принцесса живет, сколько ей надобно.

– А если р-рискнет чудить – мы ее съедим! – оптимистично подгавкнул волкодлак и поклацал зубами для пущего эффекта.

Выглядело жутковато, однако все прекрасно знали, что Захарий мяса не ест, что, впрочем, не мешало ему мечтать о настоящей волчьей охоте.

– Надо же… Принцесса… – Листик пощелкал языком. – Принцесс в нашем лесу еще не было.

– И что ей дома не сиделось? – Русалка недобро зыркнула в мою сторону. Не иначе как опасалась, что прибывшая положит глаз на водяного.

– Вот об этом я и хочу с вами поговорить. Я эту принцессу вроде как спасла.

– Ты ее укр-рала, – напомнил Захарий.

– Со стороны все выглядело именно так. Однако произошло это в процессе покушения.

– А вот с этого момента поподр-робней! Скольких ты уложила? Кр-ровищи много было? – В ожидании ответа волкодлак замер с открытой пастью, даже язык наружу вывалил.

– Много, – не стала разочаровывать его я. – Одному наемнику я вспорола брюхо, второму выколола глаза, третьему…

Придумать, какая кара постигла третьего нападавшего, я не успела. Захарий жалобно заскулил и упал в обморок. И в кого он такой чувствительный? Свирепый волкодлачий облик никак не отразился на его характере. Кто бы ни превратил Захария в черного волка-переростка, он знатно повеселился.

– Выходит, девчушку дома обижали? – задумчиво изрек Листик.

– Отравить регулярно пытались, убийц с кинжалами подсылали.

– Как страшно жить принцессам! – В голосе русалки не было ни капли сочувствия.

– Защитник ей нужен. – Листик задумчиво почесал в затылке. Я с сомнением покосилась на валяющегося на земле волкодлака. – Да не этот блохастый, а рыцарь.