"

"Если даже наемные служащие моей семьи позволяют себе столь пренебрежительно ко мне относится, то вряд ли Кайю дома ждет сколько-нибудь радушный прием.

Город мне понравился сразу. Выехав из района с высотными, похоже что офисными зданиями, мы проезжали район «спальный». Сразу бросилось в глаза отсутствие привычных двенадцатиэтажных, и выше, жилых домов. Все дома в три, максимум в пять этажей. При чем на одной улице у всех домов была одинаковая этажность. Все было построено в соответствии со строгим планом, все дворы были «зелеными», без нагромождений машин «везде и всюду». Все радовало глаз.

Спустя некоторое время, на выезде из города, я заметил табличку: «Здесь заканчивается город Москва».

Глазея в окно я, незаметно для себя, заснул.

— Мы приехали, — разбудил меня голос сопровождающей.

Протерев глаза и потянувшись в кресле, я вышел из авто.

Мы оказались на территории некоего огромного частного землевладения. Огражденного по периметру высоким сплошным забором.

Выйдя со стоянки, вошли на КПП, где моя сопровождающая показала некие документы, после чего нас пропустили на территорию.

Обведя взглядом то, что смог увидеть, я обнаружил три двухэтажный длинных белых строения, большой сад, спортивную площадку. А также несколько коттеджей, стоящих в отдалении. Всю территорию разрезали дорожки, по которым гуляли люди.

Что-то не похоже на бабушкин «домик в деревне», который я рассчитывал увидеть, больше напоминало какой-то дом отдыха или санаторий.

— Что это за место? — спросил я сопровождающую.

— Это Клиника пограничных состояний, — ответила одна из двух подошедших к нам женщин, — здравствуйте.

— Здравствуйте, — ответили мы с сопровождающей, которая хотела что-то сказать, но не успела, так как я спросил первым:

— Клиника пограничных состояний? Что это?

— Это место, где помогают людям, потерявшим душевное спокойствие, — ответила на мой вопрос вторая женщина.

Мое сердце внезапно стало весить тонну и упав, разбилось о землю, подступил к горлу ком и подкосились ноги.

Я попал в дурдом.

Встречающие нас говорили что-то еще, но я их уже не слышал. Я вообще ничего не замечал вокруг.

— Кайа, Кайа, — выдернул меня из оцепенения голос сопровождающей, — хватит в облаках витать, тебя зовет доктор.

Несколько раз глубоко вздохнув и вернув на лицо безмятежное выражения, сказал:

— Да, конечно, простите задумалась.

Доктор, хотя я не был уверен, что она действительно была доктором, так как никакой специальной формы или халата она не носила, а была одета в обычное легкое повседневное платье по погоде, вела меня, держа за руку, по аллее, в сторону центрального здания.

— Когда ты узнала, что это за место, ты побледнела, как мел. Что тебя напугало?

— Ничего.