Айнур только уважительно хмыкал, наблюдая за её работой.

Такой «магии» он раньше явно не видел. Шасти поставила защиту настолько ловко, что я и сам бы не догадался, что дело в хоргоне, если бы не помогал его активировать.

Девушка замешкалась у входа, и первыми в юрту вошли мы с Айнуром и Чиеном. Сзади толпились мальчишки.

Мне сразу бросилось в глаза, что ни Йорд, ни Байсур не спали. У парня, верно, закончилось действие сонного отвара, а наставника мы и не усыпляли.

Поверили, что не станет пытаться бежать, а он и не стал. Надо же, какой умный. Поймай его воины Айнура — хана бы сейчас наставнику.

Вайгальца без печати подчинения я бы вряд ли сумел отмазать.

Судя по разгорячённым лицам, Байсур и Йорд спорили между собой, пытаясь догадаться, что творится снаружи. Уж отзвуки сражения они слышали точно.

Йорд сразу весь подобрался, увидев Айнура. Оценил его одежду и меч, гордо выпрямил спину. Лицо наставника посветлело, и он заулыбался. Решил что всё — наконец-то его убьют?

Но тут же глаза Йорда подёрнуло дымкой страха, а улыбка пропала. Он вспомнил — перед ним «дикари». Убить-то убьют, но сколько дней будут издеваться перед тем, как подарят смерть?

— Видел? — пробормотал он, бросив взгляд на Байсура: мол, я же говорил!

— Кто ты, воин? — спросил Чиен.

Йорд нахмурился и отвернулся. Он оценил, что главный тут по одежде и выправке Айнур. И не желал отвечать Чиену.

— Видали, наглый какой? — усмехнулся тот. — Мечом его, может, сначала пошевелить, чтобы стал разговорчивее?

Он подошёл к сидящему на земле Йорду и ловким движением подсунул ему под подбородок лезвие меча.

— Отвечай, когда тебя спрашивают, вайгальская мразь!

— Погоди, Чиен, — Айнур тоже подошёл поближе. — Убери меч. Давай сначала попробуем с ним по-человечески.

— Да разве ж вы — люди? — взвился Йорд. Он дёрнул головой, и Чиен едва успел убрать меч от его горла. — Вы же — зверье лесное! И всадники ваши — чуть-чуть разумней волков!

Йорд пытался разозлить Айнура, чтобы тот зарубил его в гневе. Хотел лёгкой смерти.

Я улыбнулся невольно. Бурка бы сейчас посмеялся. Он полагал, что именно одомашненные крылатые волки чуть-чуть разумней людей. А уж про настоящих «людей» — диких горных зверюг — и говорить нечего.

Айнур на оскорбления не отреагировал — держал паузу. Он с интересом разглядывал юрту: каменные ступки, бутылочки с зельями, огромный котёл — раза в полтора больше того, в котором тридцати мальчишкам варили мясо и кашу.

— Оборванец, дикарь, а не предводитель!.. — бурчал Йорд, силясь привлечь его внимание.

Но тут в юрту вошла Шасти, и дар речи у наставника на некоторое время пропал.

Байсур-то только мельком взглянул на девушку в чёрной колдовской одежде. Не сообразил, что Шасти и Нишай — один и тот же человек.