Остальные лежали рядышком, прижавшись друг к другу и посапывая, как волчата. Кто-то заботливо укрыл их плащом.

Воины Айнура уже все были на ногах. Ходили с факелами, переговаривались, собираясь группами. Большую юрту они починили по-своему, накрыв за неимением войлока пластами коры.

Костёр же — развели просто огромный, притащив с десяток сухих сосенок. Симар, наверно, припёр.

Но самое главное — Нагай тоже сидел рядом с братом!

— Что там, у водопада? — быстро спросил я.

— Как ты сказал сделал. Старшие ушли в лес… — Нагай изобразил пальцами знак, вроде кольца.

Мне его показывал Истэчи. Чтобы духи не сердились на обман, надо сложить вот так пальцы, и тогда можно врать.

Значит, парни ушли не в лес… А?.. Пришли с Нагаем? Только в кустах сидят? Ну, ок, тоже ничего.

— А младшие?

Нагай, в отличие от брата, на слова был скуп:

— Младшим сказал, что палку из ивы вырежу, чтобы не ломалась, а гнулась. Тогда только отстали.

— А стражники?

— А, ну да, — кивнул он. — Стражники ещё. Велел, чтобы развязали. И твой приказ стражникам дал. Шонк кривоногий обрадовался, заставил их выгребную яму копать.

— Шонка не связали?

— Зачем? У него припасы.

Я рассмеялся. Мальчишки — звери практичные. Стражу связали, а кормильца не тронули. Хитро.

— Иди к костру, Кай! — окликнул меня Айнур.

— Мы с тобой!

Братья-охотники встали. Игель — тоже. Он кивнул тощему пацану на спящих. Тот вздохнул, но возражать не стал.

И мы вчетвером пошли к большому костру.

— Кого вместо себя оставил? — спросил я Игеля.

— Это Чёрный Лис.

— Кличка? — удивился я.

— Наверное. Молчит, кто он есть. Говорит — сын кожевника. Врёт.

— Почему?

— Сильный очень.

— Ну, так руки у кожевников сильные.

— Я сказал — очень, — не согласился Игель. — Не так, как кожевник.

Мы подошли к костру, и я понял, что забыл вдруг все те красивые фразы, которые готовил в уме.

Смолистые шишки стреляли искрами, тёмное небо шубой наваливалось на лагерь. И ни звёздочки. Хорошо, что юрту успели накрыть, как бы дождь не полил.

Я поднял глаза к небу, отыскивая хотя бы одну звёздочку.

Я хотел объяснить Айнуру, что нам не победить вайгальцев малыми силами. Что лучшие воины терия Вердена — колдуны — прячутся в магическом каменном круге.

Преодолеть его почти невозможно, но если мы это сделаем, то лишь найдём внутри этого круга ещё один. Ещё более странный и таинственный.

Я был там. Я поднимался в небо на крылатом волке и смотрел на город сверху. Он неприступен для нашего оружия… Но слов не было.

Айнур ждал. И воины его — тоже ждали. Тихо, молча."

"Тьма стала плотной: живая и душная. Я видел только хорошо освещённое лицо Айнура и смутные очертания остальных воинов, словно бы прячущихся за ним.

Это было как в смертельном сне: светящаяся колонна огня, какие-то тени вокруг.