У Айнура имелся свой лекарь, но, судя по Вигре, ремесло его оставляло желать лучшего. Воины оценили умения моей жены и стали потихонечку захаживать к ней в юрту с застарелыми ранами.

Помахал Шасти, и она подбежала ко мне. Со смехом втиснулась между мной и Темиром — обрадовалась старым знакомым.

Багай с Лойченом сразу приосанились. Девушка вроде ни с кем не кокетничала, но само её присутствие влияло на чисто мужской коллектив возбуждающе.

Как только Шасти сняла маску Нишая, старшие парни стали гораздо охотнее умываться, приводить в порядок волосы и штопать одежду.

Темир протянул девушке пригоршню готовых пробок. Она придирчиво их осмотрела и стала развязывать мешочек, где носила разные колдовские причиндалы. Торопилась спрятать это немудрёное деревянное сокровище.

В этом полудиком мире — каждая мелочь была сокровищем. Каждую паршивую верёвочку ещё надо было сплести, каждую деревяшку — обстругать.

Эх, мне бы сюда пилу и нормальный топор. И фонарик. Хоть я и стал ночью лучше видеть, и свет появлялся теперь на руках почти без усилий, но очень бы не помешал налобный фонарик. И скотч. И пластиковые бутылки. И котелок. И стальные иголки. И ножницы… И…

Ну, размечтался… Я уловил какие-то посторонние звуки, бросил взгляд в сторону реки и увидел Истэчи с небольшим мешком рыбы и недовольного Чиена. Нос у него был в чешуе — видать, мужики как раз разбирали улов. И в такой момент оторвать от рыбалки?..

Это как же они сумели за несколько часов наловить в местной реке значимое количество рыбы? Нужно бы и мне научиться рыбачить. Это же я, наверное, смогу? Хоть с голоду не сдохну, когда останусь один.

Айнур что-то крикнул, Чиен обернулся к лесу и застыл, сложив руку козырьком. И я увидел над кедрами далёкую тонкую струйку чёрного дыма.

Шасти вскрикнула.

Она сунула руку в мешочек на поясе и выдернула её.

— Ты чего? — спросил я поворачиваясь.

— Жжётся!

— Кто?

— Амулет!

— Где? — оживился Багай. — Какой амулет?

Шасти вытряхнула из мешочка пару зелёных хоргонов, кучу камней, склянок и знакомый чёрный камень, увязанный в кожаный лоскут.

Это был «глаз колдуна», который мы так и не удосужились уничтожить.

Шасти считала, что в специальной обёртке камень почти безопасен, и не торопилась с ним расставаться. Мол, в нём много энергии нижнего мира, и он нам сгодится, как батарейка.

Девушка осторожно развернула своё «сокровище», и подростки с любопытством уставились на маслянистый «глаз».

— Это, наверное, наша ловушка у болота сработала, — пояснила Шасти, разглядывая потеющий каплями чёрного «жира» камень. — Кто-то попал в неё.

— Давно?

— Не знаю. Амулет прямо-таки раскалился. Я раньше не делала похожих ловушек. Вернее, делала, но другие. А тут ингредиентов подходящих нет, только наш «глаз».