– Ага, – хмыкаю, пожав руку другу. – Чего нового?

– Ничего, – отмахивается.

Первые две пары проходят как всегда. Я даже умудряюсь сделать пару заметок в телефоне.

– Потянуло на знания? – подкалывает кто-то из ребят.

Ржу в ответ.

Следующая пара у Загорской. Заполняем аудиторию. Ловлю взглядом каждого вошедшего в двери. Но все они – не она.

Спустя пару минут в аудиторию входит профессор. Я слегка удивлен. Лужников направляется к кафедре, окидывает взглядом присутствующих и начинает лекцию.

– А где? – удивляюсь я.

– А, ты про училку-то? – усмехается Седой. – Вчера ее не было. Лужников предыдущие две лекции вел. Девки его спрашивали, куда делась новенькая, он сказал, что на больничном. Вроде должна выйти на следующей неделе, – говорит, а я реально понимаю, что ждал с ней встречи. – Ты из-за нее что ли приперся?

– Ради тебя, придурок, – усмехаюсь и прокручиваю в голове тот день, когда она была сама на себя не похожа.

Телефон в ее руках выглядел бомбой замедленного действия. Потому что, глядя в него, она бледнела на глазах. Она всех отпустила и так и осталась сидеть, не шевельнувшись. Уйти я не смог. И своим присутствием ее напугал. Не хотел…

Слушать профессора нет желания. Что случилось у Загорской, что она не появляется на работе? Реально заболела? Спросить у профессора – так только ее подставить. С какой целью вдруг интересуюсь? Найти ее номер? И что спросить? Бред.

Запускаю пятерню в волосы.

– Чего страдаешь? – шепчет Седой. – С училкой веселее было. Лужников нудный, спать охота от его лекций.

– Угу, – только и выдавливаю из себя.

Когда я успел к ней привыкнуть, что мне сейчас ее капец как не хватает?

Ждана

Давно у меня такого не было. Все болит. Тело. Кажется, каждый сустав выкручивает. Будто даже корни волос разрываются от боли. Но… Я знаю, что такое бывает после перенесенного сильного стресса. Со мной такого не случалось со времен школы. Там очень сложно дались экзамены. Синдром отличника до добра не доводит. Вот и у меня все вылилось в такую особенность. Я могу свалиться с температурой и всеми прелестями, которые ее сопровождают. Кажется, и в этот раз исключения не предвидится."

"Одну ночь после того, как я ушла из дома, провела в гостинице. Мне нужно было все осмыслить и переварить. Это было больно. Но до температуры я поняла, что жить с этим можно. Судя по статистике около семидесяти пяти процентов мужчин изменяют. И это жутко понимать, а принимать еще страшнее.

Сев в машину такси, я сразу выключила телефон. Спасибо сотруднице гостиницы, куда меня привез таксист, сдала номер на ночь без регистрации по паспорту. Иначе мне и эту, единственную ночь не удалось бы провести в гордом одиночестве. Связи у Загорского есть, он не последний человек в столице, но не такие, чтобы по щелчку пальца меня могли найти.