— Она на хуторе, на заготовках, — объяснила соседка-продавщица. — Там рук не хватает: маринуют черешню, папоротник и первую фасоль — она самая нежная. В июле вернется, а, может и в августе. Ты что-то хотел?

— Полкило черемши, — ответил Светозар, решивший, что привет деду передаст только при личной встрече.

Шалиски друг друга знали — и родню до третьего колена, не так уж их много в воеводстве было, чтобы запутаться. Но Светозар сомневался, что стоит говорить о подарке вслух. Вдруг дед нарушил какое-то неписаное правило, одарив заговоренными семенами волка? Не хотелось доставлять благодетелю неприятности. Ни дай Камул начнутся шепотки за спиной.

Жизнь текла своим чередом. Светозар с Калиной утопали в кабачках. Уже съели три сковороды рагу с томатом, зеленым луком и базиликом. Миску жареных с чесноком, переложенных кружочками ранних помидоров и щедро посыпанных рубленной зеленью. Невероятное количество оладий — просто из кабачков и из кабачков и молодой картошки. Калина приспособилась запекать «бочонки» с фаршем в духовке, выбрасывая серединки. Один раз нафаршировала кабачки творогом с зеленью, запекла, попробовала и отдала Светозару, чтобы он отнес на работу — угостить всеядных сослуживцев. Они уже добрались до супа-пюре из кабачков и запеканки в сметане, а кабачки всё не заканчивались. И Калине ни разу не захотелось тыквы. И арбуза не хотелось. И дыни. Светозар уже начал волноваться.

Волк помалкивал. Он перестал склонять Светозара к убийству после разговора с папой Васей — признал правоту старшего альфы. Однако тщательно следил за сбором информации. Светозар дважды встречался с Анджеем и в разговоре как бы невзначай расспрашивал о Сивом. Ничего утешительного или интересного Анджей не рассказал — Сивый был холост, жениться не собирался. Но и в Лисогорск наезжал не часто — Анджею нравилось выбираться к нему в Чернотроп.

Параллельно с поеданием кабачков и личным расследованием Светозар немного приподнялся по служебной лестнице — стал командиром структурного подразделения и обзавелся заместителем. Зарплата немного подросла, но и головных болей прибавилось: Светозар постоянно грызся то с медчастью, то с начальником АХО, строчил заявки на обеспечение личного состава автотранспортными средствами, средствами связи, бронетехникой, вещевым и другим имуществом. Ушлый заместитель отмораживался, вис поговаривал о переводе в северное воеводство, а командир отряда подсчитывал дни до возвращения в столицу. Рассчитывать на то, что отряд возглавит кто-то ответственный, радеющий за социальную справедливость, было нельзя, и Светозар выбивал для подчиненных то, что мог — здесь и сейчас.