После этого утомившийся Светозар лег спать — сутки дежурства выдались беспокойными — а когда проснулся, съел две тарелки вкуснейшей рисовой каши на молоке с тыквой и изюмом. Калина не пожалела ни сливочного масла, ни ванилина, и каша получилась выше всех похвал. Светозар бы такое и без тыквы съел, но раз в огороде выросла, можно и с тыквой.

День прошел без происшествий, в домашних заботах, и закончился вечерними посиделками на крылечке с зажженным фонариком-мышкой. Всё было прекрасно, но Светозара начала одолевать беспричинная тревога. Как будто его след взяла злая и сплоченная стая, готовая начать охоту.

Воскресное утро выдалось знойное. Солнце палило, словно вознамерилось выжечь затаившуюся в траве и листве скверну. Калина расхотела гулять в парк — «может быть, вечером» — и неожиданно предложила:

— Там кабачки выросли. Жарить неохота, жарко. Давай замаринуем?

— Давай, — согласился Светозар. — Это вкусно.

В кладовке нашлись банки, в кухонном шкафчике — крышки, в углу в огородике рос хрен, а листья вишни и смородины можно было нарвать у соседей. Банки Светозар отмыл до блеска, а на предложение Калины простерилизовать отмахнулся и поставил на солнце.

— Матушка всегда так делает, — объяснил он. — Зачем чайник зря кипятить, на солнце хорошо прогревается.

Светозар не стал добавлять, что в Ромашке существует проверенная годами примета: как только выставишь на солнце банки или выложишь подушки прожариваться, сразу натягивает тучи и идет дождь. Еще холодало, когда матушка квас ставила. Или, если квас был готовый, резала окрошку.

Исполнилось на «отлично» — пока нацеловались, пока нарезали листьев хрена и нашли пару тощих зонтиков укропа, набежали кудрявые белые облачка и пекло превратилось в относительно нормальную летнюю погоду. Калина снова захотела гулять, и Светозар с радостью повел ее в парк: к «Зеркальным», фонтанам-каскадам, гипсовым скульптурам косуль и оленей, к лодочному пруду с маленьким островком, служившим домом уткам и лебедям.

Они вдоволь нагулялись по аллеям, напились воды из минерального источника, перешли речушку по небольшому мостику и устроили привал на полянке. Волк уговаривал Светозара уступить и позволить ему поохотиться на белку — и Калине, и белой волчице наверняка будет приятно получить такой ценный подарок. Светозар не соглашался — «хрен ты ее поймаешь, она по деревьям прыгает»' — и сидел, обнимая Калину, наслаждаясь минутами покоя и старательно отгоняя мысли о призрачной стае.

Вскоре Калина проголодалась, да и Светозар был не прочь пообедать — каша давно уже переварилась. После короткого обсуждения они решили купить шашлык в каком-нибудь кафе и пообедать на веранде, рассматривая гуляющих по парку горожан.