Девушки не такие, как мы. Они хотят своего гребаного рыцаря в сияющих доспехах. Они хотят розы и все такое эмоциональное дерьмо. Они хотят признаний в любви. Это не то, что ты собираешься дать своей будущей жене. Честно говоря, я думаю, что большинство девушек покончили бы с собой в течение нескольких недель после замужества на тебе, вместо того, чтобы жить под крышей со всеми вами, ублюдками Фальконе.

— Насколько мне известно, браки по расчету не основаны на эмоциях. Они основаны на традиции и рациональности. Девушку, которую дали мне в жены, знает, чего ожидать. Она поймет, что это бизнес. Она шахматная фигура. И я могу заверить тебя, что не позволю ей покончить с собой до тех пор, пока ее выживание необходимо для мира.

Фабиано вздохнул и потрогал висок.

— Может, тебе тоже стоит держать свои мысли при себе? Большая часть дерьма, исходящего из твоего рта, никого не успокоит, и меньше всего девушку.

• ── ✾ ── •

Мои мышцы напряглись, когда я остановил нашу арендованную машину перед заброшенной электростанцией Йонкерса. После того, как мы приземлились в Нью-Йорке, Ромеро прислал мне сообщение, что именно там Лука встретится с нами. Здание было ветхим, и район был пустынным. Хорошее место для пыток и убийств, я должен был отдать это Луке.

— Это чертовски здорово, — сказал Фабиано, скривив губы. — Я не в настроении умирать сегодня.

— Никто из нас сегодня не умрет, — сказал я, открывая дверцу машины и выходя. Мои глаза обшаривали местность. На крыше здания поджидали два снайпера. В тот момент, когда Фабиано подошел ко мне, ворота в старом здании фабрики распахнулись и оттуда вышли трое мужчин. Я узнал в них Луку, Маттео и Ромеро.

— Полагаю, ты видел, как снайперы целились нам в головы, — пробормотал Фабиано. Несмотря на свои слова, снаружи он казался расслабленным.

Я склонил голову в подтверждение. Трое мужчин остановились примерно в двух автомобилях от нас. Лука оценивающе посмотрел на меня, потом прищурился и посмотрел на Фабиано.

— Помнишь, что я сказал тебе в прошлый раз, когда ты был в Нью-Йорке?

Маттео и Ромеро держали в руках пистолеты, первый выглядел так, словно с радостью всадил бы пулю в голову Фабиано. Я мог сказать, что это чувство было взаимным.

Фабиано кивнул.

— Ты сказал, что я умру, если вернусь в Нью-Йорк.

Лука кивнул.

— И сейчас здесь ты просишь смерти.

— Мы здесь, чтобы предложить перемирие, Лука. — я прервал то, что, несомненно, вскоре превратилось бы в неприятный спор. — Как советник Каморры, я имею право вести переговоры о мирном договоре между нашими семьями.

Маттео фыркнул и переглянулся с Ромеро. Лука сделал шаг вперед.