Фабиано сидел на заднем сиденье рядом со мной, но не смотрел на меня. Вместо этого он проверил заднее стекло. За рулем сидел еще один человек, рядом с ним — Римо."

"Я не была уверена, дали ли мне еще один транквилизатор или мое тело испытывало трудности с последствиями первой инъекции. Я не ела весь день и почти ничего не пила. Низкий стон сорвался с моих губ.

Фабиано и Римо посмотрели на меня сверху вниз. Темные глаза Римо заставили меня содрогнуться от страха, но и взгляд Фабиано не принес утешения. Я снова закрыла глаза, ненавидя себя за то, что чувствую такой уязвимой.

Я не знаю, как долго мы ехали, но в следующий раз, когда я проснулась, мы были в вертолете. Я с трудом приняла сидячее положение. Внизу расстилалась полоса с отелями и казино, и мой желудок сжался, когда вертолет начал снижаться над Лас-Вегасом. Я не сказала ни слова ни Фабиано, ни Римо, и они тоже не разговаривали со мной. В вертолете все еще чувствовалось напряжение, но они сбежали от Наряда, и теперь я была в Лас-Вегасе. На территории Каморры. В их власти.

Как только мы приземлились, Фабиано помог мне выйти из вертолета, а Римо разговаривал с кем-то по телефону. Мне нужно было умыться и проветрить голову, чтобы снова собраться с мыслями.

Я была в свадебном платье почти двадцать четыре часа. Я чувствовала себя липкой, вялой и измученной. И под всем этим страх, который я с трудом сдерживала, пульсировал внутри меня.

Меня втолкнули в другую машину, и в конце концов мы остановились перед обшарпанным стрип-клубом под названием Сахарница.

Фабиано снова схватил меня за руку, а Римо пошел вперед, даже не взглянув на меня.

— Фаби, — попыталась я, но он крепче сжал меня. — Мне нужно в туалет и умыть лицо. Я чувствую себя не очень хорошо.

Он провел меня через пустынный стрип клуб в дамскую комнату и последовал за мной, чтобы подождать у умывальников. Римо почти не обращал на меня внимания, но у меня было предчувствие, что скоро все изменится.

Я пошла в туалет, ненавидя себя за то, что Фабиано меня слышит. Не было ничего, что я могла бы использовать в качестве оружия, и даже если бы было, как бы это помогло мне в окружении членов Каморры? Закончив, я опустила юбку и глубоко вздохнула, пытаясь скрыть свои эмоции.

— Серафина, — послышался предостерегающий голос Фабиано.

— Не заставляй меня вытаскивать тебя оттуда. Тебе это не понравится.

Расправив плечи, я вышла, чувствуя дрожь от обезвоживания. Я наклонилась над умывальником, умылась и выпила несколько глотков воды.

— Можешь взять кока-колу из бара, — предложил Фабиано.

Прежде чем я успела что-либо сказать, он схватил меня за руку и вытащил наружу. Мои босые ноги болели. Должно быть, я повредила их в лесу. Мои глаза обежали комнату. Она больше не была пустынной.