Взгляд вбирал панораму разрушений, система распознавания целей уверенно дорисовывала контуры некоторых особенно крупных обломков, и тогда в глубинах сферы воспроизведения появлялись реконструкции космических кораблей, искусственных спутников, орбитальных станций.

Многие из тусклых засечек внезапно обретали материальность, оборачивались частицами прошлого, немо повествовали о судьбах, оборванных боем, о несбывшихся мечтах, о гибели миллиардов людей.

Обломки искрились, вытягиваясь тонкими орбитальными кольцами, поблескивающим жгутом тянулись к Луне, окутывали ее, образуя подчиненные силам гравитации течения.

Секунды промедления ломали сознание – стремительно, остро, необратимо.

Автопилот назойливо взмаргивал индикатором. В объеме навигационного дисплея пылающей изумрудной нитью пружинисто свивался предстоящий курс. Он огибал скопления космического мусора и закручивался тремя орбитальными витками. Кибернетические подсистемы корабля требовали от пилота действий, и Антон вздрогнул; шоковые ощущения стали чуть глуше, словно он медленно всплывал из темной пучины острого внезапного сопереживания навстречу тусклому свету приборных панелей.

Спустя минуту включились маршевые двигатели, и войсковой транспорт, окутанный вуалью маскирующих полей, устремился к Земле, следуя проложенному курсу.

* * *Коварные пояса обломков располагались на орбитах прародины.

Мельчайшие металлизированные частицы образовывали подобие туманности, осложняли работу сканеров, не позволяли развить желаемую скорость, резко сокращали видимость.

Огромные конструкции словно призраки появлялись из мглы, и душа Антона невольно сжималась от мгновенно пойманных взглядом ракурсов. Трудно было представить истинный масштаб произошедшей тут космической битвы, но ее отдельные фрагменты вновь и вновь повергали его в шок.

Большинство кораблей и станций хранили следы тотальных разрушений. Их окружали характерные признаки взрывной декомпрессии пораженных отсеков: выброшенные в космос облака кристаллизованной атмосферы, обломки механизмов, различные предметы и даже тела погибших, навек законсервированные вакуумом.

Хватало и чужеродных конструкций. По количеству черных, асимметричных, покрытых замысловатыми наплывами фрагментов было нетрудно понять: защитникам Земли пришлось отразить удар настоящей армады, насчитывавшей тысячи боевых единиц."

"Системы автоматического пилотирования все чаще подавали сигналы о сбоях. Датчики слепли. Антон постепенно погружался в мрачную, безысходную, непривычную для него эмосферу. Проложенный курс на поверку вел к гибели, и он перешел на ручное управление, маневрируя среди обломков, чувствуя себя песчинкой на фоне проплывающих мимо исполинов.