- Выходит, вместе полетим?

Дмитрий расплывается в широкой улыбке, и меня тут же посещает отчаянная мысль: может, и правда, полететь?

Я считала свой брак счастливым, а измена для меня была лишь страшным словом, которое касалось других, а не меня. Я видела фильмы, где мужья предавали жен, видела страдания этих несчастных женщин. И все равно не понимала, каково испытать это на самом деле.

Теперь понимаю. Непередаваемые ощущения, правда. В полной мере их не показать ни на экране телевизора, ни объяснить словами. Это дикая взрывная смесь эмоций, разрывающих душу. Это миллионы вопросов и мыслей, что пчелиным роем жужжат в голове. И ты утопаешь во всем этом, теряя себя.

Я была уверена, что Максим любит меня так же, как и я его, и даже мыслей не возникало, что он может изменить. Да, ругались иногда, но это ведь не повод изменять. В последние месяцы виделись мы мало, потому что Максим допоздна работал. И ведь действительно работал! Мой свёкор это даже подтверждал на семейных ужинах. Да и я сама пару раз ездила к Максиму в офис поздними вечерами, чтобы привезти ужин и хотя бы немного побыть рядом с ним. И когда он вообще успел завести интрижку при таком темпе жизни?"

"Но из-за этих его задержек на работе возникла еще одна проблема - интим. Нет, не то, чтобы он совсем исчез из наших отношений, но стал происходить гораздо реже, чем хотелось бы. Когда Максим возвращался домой, я чаще всего уже спала. Ждала его, ждала, и отключалась. А если я уснула, разбудить меня почти нереально. И даже если удастся, то только физически, а мозг будет продолжать спать. Оттуда и получались ситуации вроде «любите, только не будите», в которых я выступала классическим бревном, как любят называть мужчины безынициативных в интимной жизни женщин.

Вообще я очень даже инициативная, если бодрствую, а не разбужена посреди ночи. Но в последнее время у меня был только второй вариант. Максим не раз попрекал меня тем, что близость для нас стала редкостью, а я перестала быть чувственной в постели. Естественно, я защищалась, пыталась донести до него, что не моя вина в том, что он так поздно возвращается, а я не в состоянии перевести свои биологические часы. И сейчас понимаю, что, похоже, именно это и стало причиной его измены.

В любом случае, это не оправдание для него. Он мог как-то перестроить свой рабочий график, раз его потребность лезла из ушей. В конце концов, мог серьезно поговорить со мной, донести понятным языком о том, что видит проблему, и тогда мы вместе могли бы попытаться придумать какой-то выход из ситуации. А вместо этого он просто молча пошел налево…

- Приехали, - отзывается Дмитрий, вырывая меня из глубоких размышлений.

Смотрю в окно и вижу здание аэропорта со светящейся надписью «Шереметьево».  Теряюсь и не знаю, как лучше поступить.